Картинки андерсен гадкий утенок: Картинки “Гадкий утенок” (27 фото) 🔥 Прикольные картинки и юмор

Картинки “Гадкий утенок” (27 фото) 🔥 Прикольные картинки и юмор

Далее предлагаем посмотреть картинки из сказки «Гадкий утенок».

Белый лебедь.

Иллюстрация к сказке «Гадкий утенок».

Утка с утятами.

Белый лебедь.

Кадр из мультфильма «Гадкий утенок».

Гадкий утенок.

Кадр из мультфильма «Гадкий утенок».

Сказка «Гадкий утенок».

Обои на рабочий стол «Гадкий утенок».

Обои на рабочий стол «Гадкий утенок».

Иллюстрация к сказке «Гадкий утенок».

Утка с утятами.

Обои на рабочий стол «Гадкий утенок».

Кадр из мультфильма «Гадкий утенок».

Утка.

Гадкий утенок.

Белый лебедь.

Утка с утятами.

Кадр из мультфильма «Гадкий утенок».

Сказка «Гадкий утенок».

Картинка «Гадкий утенок».

Картинка «Гадкий утенок».

Белый лебедь.

Иллюстрация к сказке «Гадкий утенок».

Утка с утятами.

Белый лебедь.

Картинка из мультфильма «Гадкий утенок».

 

Мне нравится2Не нравится

Будь человеком, проголосуй за пост!

Загрузка…


 

Сказка Гадкий утенок читать



Гадкий утёнок

Сказка Гадкий утёнок Ганса Христиана Андерсена, которую можно читать онлайн или скачать бесплатно в форматах pdf или doc.



 

Сказка Гадкий утенок читать:

Хорошо было за городом! Стояло лето, рожь уже пожелтела, овсы зеленели, сено было смётано в стога; по зелёному лугу расхаживал длинноногий аист и болтал по-египетски — он выучился этому языку от матери. За полями и лугами тянулись большие леса с глубокими озёрами в самой чаще. Да, хорошо было за городом! На солнечном припёке лежала старая усадьба, окружённая глубокими канавами с водой; от самой ограды вплоть до воды рос лопух, да такой большой, что маленькие ребятишки могли стоять под самыми крупными из его листьев во весь рост. В чаще лопуха было так же глухо и дико, как в густом лесу, и вот там-то сидела на яйцах утка. Сидела она уже давно, и ей порядком надоело это сидение, её мало навещали: другим уткам больше нравилось плавать по канавкам, чем сидеть в лопухе да крякать с нею.

Наконец яичные скорлупки затрещали. «Пи! пи!» — послышалось из них: яичные желтки ожили и повысунули из скорлупок носики.

Gadkij utyenok 1

— Живо! Живо! — закрякала утка, и утята заторопились, кое-как выкарабкались и начали озираться кругом, разглядывая зелёные листья лопуха; мать не мешала им — зелёный цвет полезен для глаз.

— Как мир велик! — сказали утята. Ещё бы! Тут было куда просторнее, чем в скорлупе.

— А вы думаете, что тут и весь мир? — сказала мать. — Нет! Он тянется далеко-далеко, туда, за сад, к полю священника, но там я отроду не бывала!.. Ну, все, что ли, вы тут? — И она встала. — Ах нет, не все! Самое большое яйцо целёхонько! Да скоро ли этому будет конец! Право, мне уж надоело.

И она уселась опять.

— Ну, как дела? — заглянула к ней старая утка.

— Да вот, ещё одно яйцо остаётся! — сказала молодая утка. — Сижу, сижу, а всё толку нет! Но посмотри-ка на других! Просто прелесть! Ужасно похожи на отца! А он-то, негодный, и не навестил меня ни разу!

Gadkij utyenok 2

— Постой-ка, я взгляну на яйцо! — сказала старая утка. — Может статься, это индюшечье яйцо! Меня тоже надули раз! Ну и маялась же я, как вывела индюшат! Они ведь страсть боятся воды; уж я и крякала, и звала, и толкала их в воду — не идут, да и конец! Дай мне взглянуть на яйцо! Ну, так и есть! Индюшечье! Брось-ка его да ступай учи других плавать!

— Посижу уж ещё! — сказала молодая утка. — Сидела столько, что можно посидеть и ещё немножко.

— Как угодно! — сказала старая утка и ушла.

Наконец затрещала скорлупка и самого большого яйца. «Пи! пи-и!» — и оттуда вывалился огромный некрасивый птенец. Утка оглядела его.

— Ужасно велик! — сказала она. — И совсем непохож на остальных! Неужели это индюшонок? Ну, да в воде-то он у меня побывает, хоть бы мне пришлось столкнуть его туда силой!

На другой день погода стояла чудесная, зелёный лопух весь был залит солнцем. Утка со всею своею семьёй отправилась к канаве. Бултых! — и утка очутилась в воде.

— За мной! Живо! — позвала она утят, и те один за другим тоже бултыхнулись в воду.

Сначала вода покрыла их с головками, но затем они вынырнули и поплыли так, что любо. Лапки у них так и работали; некрасивый серый утёнок не отставал от других.

Gadkij utyenok 3

— Какой же это индюшонок? — сказала утка. — Ишь как славно гребёт лапками, как прямо держится! Нет, это мой собственный сын! Да он вовсе и недурён, как посмотришь на него хорошенько! Ну, живо, живо, за мной! Я сейчас введу вас в общество — мы отправимся на птичий двор. Но держитесь ко мне поближе, чтобы кто-нибудь не наступил на вас, да берегитесь кошек!

Скоро добрались и до птичьего двора. Батюшки! Что тут был за шум и гам! Две семьи дрались из-за одной угриной головки, и в конце концов она досталась кошке.

— Вот как идут дела на белом свете! — сказала утка и облизнула язычком клюв, — ей тоже хотелось отведать угриной головки. — Ну, ну, шевелите лапками! — сказала она утятам. — Крякните и поклонитесь вон той старой утке! Она здесь знатнее всех! Она испанской породы и потому такая жирная. Видите, у неё на лапке красный лоскуток? Как красиво! Это знак высшего отличия, какого только может удостоиться утка. Люди дают этим понять, что не желают потерять её; по этому лоскутку её узнают и люди и животные. Ну, живо! Да не держите лапки вместе! Благовоспитанный утёнок должен держать лапки врозь и выворачивать их наружу, как папаша с мамашей! Вот так! Кланяйтесь теперь и крякайте!

Утята так и сделали; но другие утки оглядывали их и громко говорили:

— Ну вот, ещё целая орава! Точно нас мало было! А один-то какой безобразный! Его уж мы не потерпим!

И сейчас же одна утка подскочила и клюнула его в шею.

Gadkij utyenok 4

— Оставьте его! — сказала утка-мать. — Он ведь вам ничего не сделал!

— Это так, но он такой большой и странный! — отвечала забияка. — Ему надо задать хорошенькую трёпку!

— Славные у тебя детки! — сказала старая утка с красным лоскутком на лапке. — Все очень милы, кроме одного… Этот не удался! Хорошо бы его переделать!

— Никак нельзя, ваша милость! — ответила утка-мать. — Он некрасив, но у него доброе сердце, и плавает он не хуже, смею даже сказать — лучше других. Я думаю, что он вырастет, похорошеет или станет со временем поменьше. Он залежался в яйце, оттого и не совсем удался. — И она провела носиком по пёрышкам большого утёнка. — Кроме того, он селезень, а селезню красота не так ведь нужна. Я думаю, что он возмужает и пробьёт себе дорогу!

— Остальные утята очень-очень милы! — сказала старая утка. — Ну, будьте же как дома, а найдёте угриную головку, можете принести её мне.

Вот они и стали вести себя как дома. Только бедного утёнка, который вылупился позже всех и был такой безобразный, клевали, толкали и осыпали насмешками решительно все — и утки и куры.

— Он больно велик! — говорили все, а индейский петух, который родился со шпорами на ногах и потому воображал себя императором, надулся и, словно корабль на всех парусах, подлетел к утёнку, поглядел на него и пресердито залопотал; гребешок у него так весь и налился кровью. Бедный утёнок просто не знал, что ему делать, как быть. И надо же ему было уродиться таким безобразным, каким-то посмешищем для всего птичьего двора!

Так прошёл первый день, затем пошло ещё хуже. Все гнали бедняжку, даже братья и сёстры сердито говорили ему:

— Хоть бы кошка утащила тебя, несносного урода!

А мать прибавляла:

— Глаза бы мои тебя не видали!

Утки клевали его, куры щипали, а девушка, которая давала птицам корм, толкала ногою.

Не выдержал утёнок, перебежал двор и — через изгородь! Маленькие птички испуганно вспорхнули из кустов.

Gadkij utyenok 5

 

«Они испугались меня, такой я безобразный!» — подумал утёнок и пустился наутёк, сам не зная куда. Бежал-бежал, пока не очутился в болоте, где жили дикие утки. Усталый и печальный, он просидел тут всю ночь.

Утром утки вылетели из гнёзд и увидали нового товарища.

— Ты кто такой? — спросили они, а утёнок вертелся, раскланиваясь на все стороны, как умел.

— Ты пребезобразный! — сказали дикие утки. — Но нам до этого нет дела, только не думай породниться с нами!

Gadkij utyenok 6

Бедняжка! Где уж ему было и думать об этом! Лишь бы позволили ему посидеть в камышах да попить болотной водицы.

Два дня провёл он в болоте, на третий день явились два диких гусака. Они недавно вылупились из яиц и потому выступали очень гордо.

— Слушай, дружище! — сказали они. — Ты такой урод, что, право, нравишься нам! Хочешь летать с нами и быть вольной птицей? Недалеко отсюда, в другом болоте, живут премиленькие дикие гусыни-барышни. Они умеют говорить: «Ран, рап!» Ты такой урод, что, чего доброго, будешь иметь у них большой успех!

Gadkij utyenok 7

«Пиф! паф!» — раздалось вдруг над болотом, и оба гусака упали в камыши мёртвыми; вода окрасилась кровью. «Пиф! паф!» — раздалось опять, и из камышей поднялась целая стая диких гусей. Пошла пальба. Охотники оцепили болото со всех сторон; некоторые из них сидели в нависших над болотом ветвях деревьев. Голубой дым облаками окутывал деревья и стлался над водой. По болоту шлёпали охотничьи собаки; камыш качался из стороны в сторону. Бедный утёнок был ни жив ни мёртв от страха и только что хотел спрятать голову под крыло, как глядь — перед ним охотничья собака с высунутым языком и сверкающими злыми глазами. Она приблизила к утёнку свою пасть, оскалила острые зубы и побежала дальше.

— Слава богу! — перевёл дух утёнок. — Слава богу! Я так безобразен, что даже собаке противно укусить меня!

И он притаился в камышах; над головою его то и дело пролетали дробинки, раздавались выстрелы.

Пальба стихла только к вечеру, но утёнок долго ещё боялся пошевелиться. Прошло ещё несколько часов, пока он осмелился встать, оглядеться и пуститься бежать дальше по полям и лугам. Дул такой сильный ветер, что утёнок еле-еле мог двигаться. К ночи он добежал до бедной избушки. Избушка так уж обветшала, что готова была упасть, да не знала, на какой бок, оттого и держалась. Ветер так и подхватывал утёнка — приходилось упираться в землю хвостом!

Ветер, однако, всё крепчал; что было делать утёнку? К счастью, он заметил, что дверь избушки соскочила с одной петли и висит совсем криво; можно было свободно проскользнуть через эту щель в избушку. Так он и сделал.

В избушке жила старушка с котом и курицей. Кота она звала сыночком; он умел выгибать спинку, мурлыкать и даже испускать искры, если его гладили против шерсти.

У курицы были маленькие, коротенькие ножки, её и прозвали Коротконожкой; она прилежно несла яйца, и старушка любила её, как дочку.

Утром пришельца заметили: кот начал мурлыкать, а курица клохтать.

— Что там? — спросила старушка, осмотрелась кругом и заметила утёнка, но по слепоте своей приняла его за жирную утку, которая отбилась от дому.

— Вот так находка! — сказала старушка. — Теперь у меня будут утиные яйца, если только это не селезень. Ну да увидим, испытаем!

Gadkij utyenok 8

И утёнка приняли на испытание, но прошло недели три, а яиц всё не было. Господином в доме был кот, а госпожою курица, и оба всегда говорили: «Мы и весь свет!» Они считали самих себя половиной всего света, притом — лучшею его половиной. Утёнку же казалось, что можно на этот счёт быть и другого мнения. Курица, однако, этого не потерпела.

— Умеешь ты нести яйца? — спросила она утёнка.

— Нет!

— Так и держи язык на привязи!

А кот спросил:

— Умеешь ты выгибать спинку, мурлыкать и испускать искры?

— Нет!

— Так и не суйся с своим мнением, когда говорят умные люди!

И утёнок сидел в углу нахохлившись. Вдруг вспомнились ему свежий воздух и солнышко, и ему страшно захотелось поплавать. Он не выдержал и сказал об этом курице.

— Да что с тобой?! — спросила она. — Бездельничаешь, вот тебе блажь в голову и лезет! Неси-ка яйца или мурлычь, дурь-то и пройдёт!

— Ах, плавать по воде так приятно! — сказал утёнок. — А что за наслаждение нырять в самую глубь с головой!

— Хорошо наслаждение! — сказала курица. — Ты совсем рехнулся! Спроси у кота, он умнее всех, кого я знаю, нравится ли ему плавать или нырять! О себе самой я уж не говорю! Спроси, наконец, у нашей старушки хозяйки, умнее её нет никого на свете! По-твоему, и ей хочется плавать или нырять?

— Вы меня не понимаете! — сказал утёнок.

— Если уж мы не понимаем, так кто тебя и поймёт! Что ж, ты хочешь быть умнее кота и хозяйки, не говоря уже обо мне? Не дури, а благодари-ка лучше создателя за всё, что для тебя сделали! Тебя приютили, пригрели, тебя окружает такое общество, в котором ты можешь чему-нибудь научиться, но ты пустая голова, и говорить-то с тобой не стоит! Уж поверь мне! Я желаю тебе добра, потому и браню тебя — так всегда узнаются истинные друзья! Старайся же нести яйца или выучись мурлыкать да пускать искры!

— Я думаю, мне лучше уйти отсюда куда глаза глядят! — сказал утёнок.

— Скатертью дорога! — отвечала курица.

И утёнок ушёл.

Gadkij utyenok 9

Он плавал и нырял, но все животные по-прежнему презирали его за безобразие.

Настала осень; листья на деревьях пожелтели и побурели; ветер подхватывал и кружил их; наверху, в небе, стало так холодно, что тяжёлые облака сеяли град и снег, а на изгороди сидел ворон и каркал от холода во всё горло. Брр! Замёрзнешь при одной мысли о таком холоде! Плохо приходилось бедному утёнку.

Раз вечером, когда солнце так красиво закатывалось, из-за кустов поднялась целая стая чудных, больших птиц; утёнок сроду не видал таких красавцев: все они были белы как снег, с длинными, гибкими шеями! То были лебеди.

Gadkij utyenok 10

Они испустили какой-то странный крик, взмахнули великолепными, большими крыльями и полетели с холодных лугов в тёплые края, за синее море. Они поднялись высоко-высоко, а бедного утёнка охватило какое-то смутное волнение. Он завертелся в воде, как волчок, вытянул шею и тоже испустил такой громкий и странный крик, что и сам испугался. Чудные птицы не шли у него из головы, и когда они окончательно скрылись из виду, он нырнул на самое дно, вынырнул опять и был словно вне себя. Утёнок не знал, как зовут этих птиц, куда они летели, но полюбил их, как не любил до сих пор никого. Он не завидовал их красоте; ему и в голову не могло прийти пожелать походить на них; он рад бы был и тому, чтоб хоть утки-то его от себя не отталкивали. Бедный безобразный утёнок!

А зима стояла холодная-прехолодная. Утёнку приходилось плавать без отдыха, чтобы не дать воде замёрзнуть совсем, но с каждою ночью свободное ото льда пространство становилось всё меньше и меньше. Морозило так, что ледяная кора трещала. Утёнок без устали работал лапками, но под конец обессилел, приостановился и весь обмёрз.

Рано утром мимо проходил крестьянин, увидал примёрзшего утёнка, разбил лёд своим деревянным башмаком и принёс птицу домой к жене.

Gadkij utyenok 11

Утёнка отогрели.

Но вот дети вздумали играть с ним, а он вообразил, что они хотят обидеть его, и шарахнулся со страха прямо в подойник с молоком — молоко всё расплескалось. Женщина вскрикнула и всплеснула руками; утёнок между тем влетел в кадку с маслом, а оттуда в бочонок с мукой. Батюшки, на что он был похож! Женщина вопила и гонялась за ним с угольными щипцами, дети бегали, сшибая друг друга с ног, хохотали и визжали. Хорошо, что дверь стояла отворённой, утёнок выбежал, кинулся в кусты, прямо на свежевыпавший снег и долго-долго лежал там почти без чувств.

Было бы чересчур печально описывать все злоключения утёнка за эту суровую зиму. Когда же солнышко опять пригрело землю своими тёплыми лучами, он лежал в болоте, в камышах. Запели жаворонки, пришла весна.

Утёнок взмахнул крыльями и полетел; теперь крылья его шумели и были куда крепче прежнего. Не успел он опомниться, как уже очутился в большом саду. Яблони стояли все в цвету; душистая сирень склоняла свои длинные зелёные ветви над извилистым каналом.

Ах, как тут было хорошо, как пахло весною! Вдруг из чащи тростника выплыли три чудных белых лебедя. Они плыли так легко и плавно, точно скользили по воде. Утёнок узнал красивых птиц, и его охватила какая-то странная грусть.

«Полечу-ка я к этим царственным птицам; они, наверное, убьют меня за то, что я, такой безобразный, осмелился приблизиться к ним, но пусть! Лучше быть убитыми ими, чем сносить щипки уток и кур, толчки птичницы да терпеть холод и голод зимою!»

И он слетел на воду и поплыл навстречу красавцам лебедям, которые, завидя его, тоже устремились к нему.

— Убейте меня! — сказал бедняжка и опустил голову, ожидая смерти, но что же увидал он в чистой, как зеркало, воде? Своё собственное изображение, но он был уже не безобразною тёмно-серою птицей, а — лебедем!

Gadkij utyenok 12

Не беда появиться на свет в утином гнезде, если ты вылупился из лебединого яйца! Теперь он был рад, что перенёс столько горя и бедствий, — он лучше мог оценить своё счастье и всё окружавшее его великолепие. Большие лебеди плавали вокруг него и ласкали его, гладили клювами.

В сад прибежали маленькие дети; они стали бросать лебедям хлебные крошки и зёрна, а самый меньшой из них закричал:

— Новый, новый!

И все остальные подхватили:

— Да, новый, новый! — хлопали в ладоши и приплясывали от радости; потом побежали за отцом и матерью и опять бросали в воду крошки хлеба и пирожного. Все говорили, что новый красивее всех. Такой молоденький, прелестный!

Gadkij utyenok 13

И старые лебеди склонили перед ним головы. А он совсем смутился и спрятал голову под крыло, сам не зная зачем. Он был чересчур счастлив, но нисколько не возгордился — доброе сердце не знает гордости, — помня то время, когда все его презирали и гнали. А теперь все говорят, что он прекраснейший между прекрасными птицами! Сирень склоняла к нему в воду свои душистые ветви, солнышко светило так славно… И вот крылья его зашумели, стройная шея выпрямилась, а из груди вырвался ликующий крик:

— Мог ли я мечтать о таком счастье, когда был ещё гадким утёнком!

  • Gadkij utyenok 13Сказка Оле-Лукойе

  • Gadkij utyenok 13 Сказка Огниво

Powered by e-max.it, posizionamento sui motori

Все сказки Андерсена Г. Х.

 

Гадкий утенок – Сказки Андерсена: читать с картинками, иллюстрациями

Страница 1 из 2

Гадкий утенок (сказка)


утенокХорошо было за городом! Стояло лето, рожь уже по­желтела, овсы зеленели, сено было сметано в сто­га. За полями и лугами тянулись большие леса с глубокими озерами в самой чаще. Да, хорошо бы­ло за городом! На солнечном припеке раскинулась старая усадьба, окруженная глубокими канавами с водой; от самой ограды вплоть до воды рос лопух, да такой большой, что ма­ленькие ребятишки могли стоять под самыми крупными из его листьев во весь рост. В чаще лопуха было так же глухо и дико, как в густом лесу, и вот там-то сидела на яйцах утка. Сидела она уже давно, и ей порядком надоело это сидение, ее мало навещали: другим уткам больше нравилось плавать по канавкам, чем сидеть в лопухе да крякать с нею. Наконец яичные скорлупки затрещали. «Пи! пи!» — послы­шалось из них: яичные желтки ожили и повысунули из скор­лупок носики.
—  Живо! живо! — закрякала утка, и утята заторопились, кое-как выкарабкались и начали озираться кругом.
— Как мир велик! — сказали утята.
Еще бы! Тут было куда просторнее, чем в скорлупе.
— А вы думаете, что тут и весь мир? — сказала мать. — Нет! Он тянется далеко-далеко, туда, за сад, к полю священника, но там я отроду не бывала!.. Ну все, что ли, вы тут? — И она встала. — Ах нет, не все! Самое большое яйцо целехонько! Да скоро ли этому будет конец! Право, мне уже надоело.
И она уселась опять.
— Ну, как дела? — заглянула к ней старая утка.
— Да вот, еще одно яйцо остается! — сказала молодая утка. -Сижу, сижу, а все толку нет! Но посмотри-ка на других! Про­сто прелесть! Ужасно похожи на отца! А он-то, негодный, и не навестил меня ни разу!
— Постой-ка, я взгляну на яйцо! — сказала старая утка. -Может статься, это индюшачье яйцо! Меня тоже надули раз! Ну и маялась же я, как вывела индюшат! Они ведь страсть как боятся воды; уж я и крякала, и звала, и толка­ла их в воду — не идут да и все! Дай мне взглянуть на яйцо! Ну, так и есть! Индюшачье! Брось-ка его да ступай учи дру­гих плавать!
— Посижу уж еще! — сказала молодая утка. — Сидела столь­ко, что можно посидеть и еще немножко.
Наконец затрещала скорлупа и самого большого яйца. «Пи! пи-и!» — и оттуда вывалился огромный некрасивый пте­нец. Утка оглядела его.
— Ужасно велик! — сказала она. — И совсем не похож на ос­тальных! Неужели это индюшонок? Ну да в воде-то он у меня побывает, хоть бы мне пришлось столкнуть его туда силой!
На другой день погода стояла чудесная, зеленый лопух весь был залит солнцем. Утка со всею своею семьей отправи­лась к канаве. Бултых! — И утка очутилась в воде.
— За мной! Живо! — позвала она утят, и те один за другим тоже бултыхнулись в воду. Сначала вода покрыла их с головками, но затем они вы­нырнули и поплыли так, что любо глядеть. Лапки у всех работали без устали, и некрасивый серый утенок не отста­вал от других.
— Какой же это индюшонок? — сказала утка. — Ишь как слав­но гребет лапками, как прямо держится! Нет, это мой собствен­ный сын! Да он вовсе и недурен, если посмотреть на него хоро­шенько! Ну, живо, живо, за мной! Я сейчас введу вас в общество -мы отправимся на птичий двор. Но держитесь ко мне поближе, чтобы кто-нибудь не наступил на вас, да берегитесь кошек!
Скоро добрались и до птичьего двора. Батюшки! Что тут был за шум и гам! Две семьи дрались из-за одной угриной го­ловки, и в конце концов она досталась кошке.
— Вот как идут дела на белом свете! — сказала утка и облиз­нула язычком клюв — ей тоже хотелось отведать угриной го­ловки. — Ну, ну, шевелите лапками! — сказала она утятам. -Крякните и поклонитесь вон той старой утке! Она здесь знат­нее всех! Она испанской породы и потому такая жирная. Ви­дите, у нее на лапке красный лоскуток? Как красиво! Это знак высшего отличия, какого только
может удостоиться утка. Люди да­ют этим понять, что не желают по­терять ее; по этому лоскутку ее узнают и люди и животные. Ну, живо! Да не держите лапки вмес­те! Благовоспитанный утенок должен держать лапки врозь и выворачивать их наружу, как па­паша с мамашей! Вот так! Кла­няйтесь теперь и крякайте!
Утята так и сделали; но другие утки оглядывали их и громко го­ворили:
— Ну вот, еще целая орава! Точно нас мало было! А этот-то какой бе­зобразный! Его уж мы не потерпим!
И сейчас же одна утка подско­чила и клюнула его в шею. — Оставьте его! — сказала утка-мать. — Он ведь вам ничего не сделал!
—  Это верно, но он такой большой и странный! — отвечала забияка. — Ему надо задать хорошую трепку!
—  Славные у тебя детки! — сказала старая утка с красным лоскутком на лапке. — Все очень милы, кроме вот этого… Этот не удался! Хорошо бы его переделать!
— Никак нельзя, ваша милость! — ответила утка-мать. — Он некрасив, но у него доброе сердце, и плавает он не хуже, смею даже сказать — лучше других. Я думаю, что он вырас­тет, похорошеет или станет со временем поменьше. Он зале­жался в яйце, оттого и не совсем удался. — И она повела но­сиком по перышкам большого утенка. Кроме того, он селезень, а селезню красота не так ведь нужна. Я думаю, он возмужает и пробьет себе дорогу!утенок
— Остальные утята очень-очень милы! — повторила старая утка. — Ну, будьте же как дома, а найдете угриную головку, можете принести ее мне.
Вот они и стали вести себя как дома. Только бедного утен­ка, который вылупился позже всех и был такой безобраз­ный, клевали, толкали и осыпали насмешками решительно все — и утки и куры.
— Он больно велик! — говорили все, а индейский петух, ко­торый родился со шпорами на ногах и потому воображал се­бя императором, надулся, словно корабль на всех парусах, подлетел к утенку, поглядел на него и пресердито залопотал; гребешок у него так весь и налился кровью. Бедный утенок просто не знал, что ему делать, как быть. И надо же ему бы­ло уродиться таким безобразным, чтобы сделаться посмеши­щем для всего птичьего двора!
Так прошел первый день, затем стало еще хуже. Все гнали бедняжку, даже братья и сестры сердито говорили ему:
— Хоть бы кошка утащила тебя, несносного урода! А мать прибавляла:
— Глаза бы мои на тебя не глядели!
Утки клевали его, куры щипали, а девушка, которая дава­ла птицам корм, толкала ногою. Не выдержал утенок, перебежал двор и — через изгородь! «Они испугались меня, такой я безобразный!» — подумал
утенок и пустился наутек, сам не зная куда. Бежал-бежал,
пока не очутился в болоте, где жили дикие утки. Усталый и
печальный, он просидел тут всю ночь.
Утром утки вылетели из гнезда и увидали нового товарища.
— Ты кто такой? — спросили они, а утенок вертелся, раскла­нивался на все стороны, как умел.
— Ты пребезобразный! — сказали дикие утки. — Но нам до этого нет дела, только не думай породниться с нами!
Бедняжка! Где уж ему было думать об этом! Лишь бы поз­волили ему посидеть в камышах да попить болотной водицы.

Два дня провел он в болоте, на третий явились два диких гусака. Они недавно вылупились из яиц и потому выступали очень гордо.
— Слушай, дружище! — сказали они. — Ты такой урод, что, право, нравишься нам! Хочешь летать с нами и быть вольной птицей? Недалеко отсюда, в другом болоте, живут пре-миленькие дикие гусыни-барышни. Ты такой урод, чего доб­рого, будешь иметь у них большой успех!
«Пиф! паф!» — раздалось вдруг над болотом, и оба гусака упали в камыши мертвыми. «Паф! паф!» — раздалось опять, и из камышей поднялась целая стая диких гусей. Охотники оцепили болото со всех сторон. По болоту шлепали охотничьи собаки. Бедный утенок от страха хотел было спрятать голову под крыло, как глядь — перед ним охотничья собака с высуну­тым языком и сверкающими злыми глазами. Она приблизила к утенку свою пасть, оскалила зубы и побежала дальше.5— Слава богу! — перевел дух утенок. — Слава богу! Я так бе­зобразен, что даже собаке противно укусить меня!
Пальба стихла только к вечеру, но утенок долго еще боялся по­шевелиться. Прошло несколько часов, пока он осмелился встать, оглядеться и пуститься бежать дальше по полям и лугам. Дул такой сильный ветер, что утенок еле-еле мог двигаться.
К ночи он добежал до бедной избушки. Избушка так обвет­шала, что готова была упасть, да не знала, на какой бок, по­тому и держалась. Ветер так и подхватывал утенка — того и гляди, унесет! — приходилось упираться в землю хвостом!
Надвигался ураган; что было делать бедняжке? К счастью, он заметил, что дверь избушки соскочила с одной петли и ви­сит совсем криво; можно было свободно проскользнуть через эту щель. Так он и сделал.

Сказка Гадкий утенок, Ганс Христиан Андерсен

В сказке «Гадкий утёнок» Ганса Христиана Андерсена рассказывается о маме-утке, которая вывела очень некрасивого утёнка. Она учит ребёнка с малых лет понимать, что главное в человеке не внешность, а душа. Впрочем, история также показывает, что часто невзрачные в детстве существа, когда взрослеют, превращаются в прекрасных лебедей. Главного героя в этой печальной сказке невзлюбили все из-за того, что он, по их мнению, выглядел просто ужасно. Его отовсюду гнали, обижали, как могли. Из-за такого отношения окружающих он чуть не погиб. Но у утёнка была цель: найти таких же, какой как и он. И поиски эти увенчались ошеломительным успехом.

Гадкий утенок

Читать сказку на весь экран

Хорошо было за городом! Стояло лето, рожь уже пожелтела, овсы зеленели, сено было смётано в стога; по зелёному лугу расхаживал длинноногий аист и болтал по-египетски — он выучился этому языку от матери. За полями и лугами тянулись большие леса с глубокими озёрами в самой чаще. Да, хорошо было за городом! На солнечном припёке лежала старая усадьба, окружённая глубокими канавами с водой; от самой ограды вплоть до воды рос лопух, да такой большой, что маленькие ребятишки могли стоять под самыми крупными из его листьев во весь рост. В чаще лопуха было так же глухо и дико, как в густом лесу, и вот там-то сидела на яйцах утка. Сидела она уже давно, и ей порядком надоело это сидение, её мало навещали: другим уткам больше нравилось плавать по канавкам, чем сидеть в лопухе да крякать с нею.

Наконец яичные скорлупки затрещали. «Пи! пи!» — послышалось из них: яичные желтки ожили и повысунули из скорлупок носики.

— Живо! Живо! — закрякала утка, и утята заторопились, кое-как выкарабкались и начали озираться кругом, разглядывая зелёные листья лопуха; мать не мешала им — зелёный цвет полезен для глаз.

— Как мир велик! — сказали утята. Ещё бы! Тут было куда просторнее, чем в скорлупе.

— А вы думаете, что тут и весь мир? — сказала мать. — Нет! Он тянется далеко-далеко, туда, за сад, к полю священника, но там я отроду не бывала!.. Ну, все, что ли, вы тут? — И она встала. — Ах нет, не все! Самое большое яйцо целёхонько! Да скоро ли этому будет конец! Право, мне уж надоело.

И она уселась опять.

— Ну, как дела? — заглянула к ней старая утка.

— Да вот, ещё одно яйцо остаётся! — сказала молодая утка. — Сижу, сижу, а всё толку нет! Но посмотри-ка на других! Просто прелесть! Ужасно похожи на отца! А он-то, негодный, и не навестил меня ни разу!

— Постой-ка, я взгляну на яйцо! — сказала старая утка. — Может статься, это индюшечье яйцо! Меня тоже надули раз! Ну и маялась же я, как вывела индюшат! Они ведь страсть боятся воды; уж я и крякала, и звала, и толкала их в воду — не идут, да и конец! Дай мне взглянуть на яйцо! Ну, так и есть! Индюшечье! Брось-ка его да ступай учи других плавать!

Сказка Гадкий утенок, Андерсен Ганс Христиан

— Посижу уж ещё! — сказала молодая утка. — Сидела столько, что можно посидеть и ещё немножко.

— Как угодно! — сказала старая утка и ушла.

Наконец затрещала скорлупка и самого большого яйца. «Пи! пи-и!» — и оттуда вывалился огромный некрасивый птенец. Утка оглядела его.

— Ужасно велик! — сказала она. — И совсем непохож на остальных! Неужели это индюшонок? Ну, да в воде-то он у меня побывает, хоть бы мне пришлось столкнуть его туда силой!

На другой день погода стояла чудесная, зелёный лопух весь был залит солнцем. Утка со всею своею семьёй отправилась к канаве. Бултых! — и утка очутилась в воде.

— За мной! Живо! — позвала она утят, и те один за другим тоже бултыхнулись в воду.

Сначала вода покрыла их с головками, но затем они вынырнули и поплыли так, что любо. Лапки у них так и работали; некрасивый серый утёнок не отставал от других.

Сказка Гадкий утенок, Андерсен Ганс Христиан

— Какой же это индюшонок? — сказала утка. — Ишь как славно гребёт лапками, как прямо держится! Нет, это мой собственный сын! Да он вовсе и недурён, как посмотришь на него хорошенько! Ну, живо, живо, за мной! Я сейчас введу вас в общество — мы отправимся на птичий двор. Но держитесь ко мне поближе, чтобы кто-нибудь не наступил на вас, да берегитесь кошек!

Скоро добрались и до птичьего двора. Батюшки! Что тут был за шум и гам! Две семьи дрались из-за одной угриной головки, и в конце концов она досталась кошке.

— Вот как идут дела на белом свете! — сказала утка и облизнула язычком клюв, — ей тоже хотелось отведать угриной головки. — Ну, ну, шевелите лапками! — сказала она утятам. — Крякните и поклонитесь вон той старой утке! Она здесь знатнее всех! Она испанской породы и потому такая жирная. Видите, у неё на лапке красный лоскуток? Как красиво! Это знак высшего отличия, какого только может удостоиться утка. Люди дают этим понять, что не желают потерять её; по этому лоскутку её узнают и люди и животные. Ну, живо! Да не держите лапки вместе! Благовоспитанный утёнок должен держать лапки врозь и выворачивать их наружу, как папаша с мамашей! Вот так! Кланяйтесь теперь и крякайте!

Сказка Гадкий утенок, Андерсен Ганс Христиан

Утята так и сделали; но другие утки оглядывали их и громко говорили:

— Ну вот, ещё целая орава! Точно нас мало было! А один-то какой безобразный! Его уж мы не потерпим!

И сейчас же одна утка подскочила и клюнула его в шею.

— Оставьте его! — сказала утка-мать. — Он ведь вам ничего не сделал!

— Это так, но он такой большой и странный! — отвечала забияка. — Ему надо задать хорошенькую трёпку!

— Славные у тебя детки! — сказала старая утка с красным лоскутком на лапке. — Все очень милы, кроме одного… Этот не удался! Хорошо бы его переделать!

— Никак нельзя, ваша милость! — ответила утка-мать. — Он некрасив, но у него доброе сердце, и плавает он не хуже, смею даже сказать — лучше других. Я думаю, что он вырастет, похорошеет или станет со временем поменьше. Он залежался в яйце, оттого и не совсем удался. — И она провела носиком по пёрышкам большого утёнка. — Кроме того, он селезень, а селезню красота не так ведь нужна. Я думаю, что он возмужает и пробьёт себе дорогу!

— Остальные утята очень-очень милы! — сказала старая утка. — Ну, будьте же как дома, а найдёте угриную головку, можете принести её мне.

Вот они и стали вести себя как дома. Только бедного утёнка, который вылупился позже всех и был такой безобразный, клевали, толкали и осыпали насмешками решительно все — и утки и куры.

— Он больно велик! — говорили все, а индейский петух, который родился со шпорами на ногах и потому воображал себя императором, надулся и, словно корабль на всех парусах, подлетел к утёнку, поглядел на него и пресердито залопотал; гребешок у него так весь и налился кровью. Бедный утёнок просто не знал, что ему делать, как быть. И надо же ему было уродиться таким безобразным, каким-то посмешищем для всего птичьего двора!

Так прошёл первый день, затем пошло ещё хуже. Все гнали бедняжку, даже братья и сёстры сердито говорили ему:

— Хоть бы кошка утащила тебя, несносного урода!

А мать прибавляла:

— Глаза бы мои тебя не видали!

Утки клевали его, куры щипали, а девушка, которая давала птицам корм, толкала ногою.

Не выдержал утёнок, перебежал двор и — через изгородь!

Сказка Гадкий утенок, Андерсен Ганс Христиан

Маленькие птички испуганно вспорхнули из кустов. «Они испугались меня, такой я безобразный!» — подумал утёнок и пустился наутёк, сам не зная куда. Бежал-бежал, пока не очутился в болоте, где жили дикие утки. Усталый и печальный, он просидел тут всю ночь.

Утром утки вылетели из гнёзд и увидали нового товарища.

— Ты кто такой? — спросили они, а утёнок вертелся, раскланиваясь на все стороны, как умел.

— Ты пребезобразный! — сказали дикие утки. — Но нам до этого нет дела, только не думай породниться с нами!

Сказка Гадкий утенок, Андерсен Ганс Христиан

Бедняжка! Где уж ему было и думать об этом! Лишь бы позволили ему посидеть в камышах да попить болотной водицы.

Два дня провёл он в болоте, на третий день явились два диких гусака. Они недавно вылупились из яиц и потому выступали очень гордо.

— Слушай, дружище! — сказали они. — Ты такой урод, что, право, нравишься нам! Хочешь летать с нами и быть вольной птицей? Недалеко отсюда, в другом болоте, живут премиленькие дикие гусыни-барышни. Они умеют говорить: «Ран, рап!» Ты такой урод, что, чего доброго, будешь иметь у них большой успех!

«Пиф! паф!» — раздалось вдруг над болотом, и оба гусака упали в камыши мёртвыми; вода окрасилась кровью. «Пиф! паф!» — раздалось опять, и из камышей поднялась целая стая диких гусей. Пошла пальба. Охотники оцепили болото со всех сторон; некоторые из них сидели в нависших над болотом ветвях деревьев. Голубой дым облаками окутывал деревья и стлался над водой. По болоту шлёпали охотничьи собаки; камыш качался из стороны в сторону. Бедный утёнок был ни жив ни мёртв от страха и только что хотел спрятать голову под крыло, как глядь — перед ним охотничья собака с высунутым языком и сверкающими злыми глазами. Она приблизила к утёнку свою пасть, оскалила острые зубы и побежала дальше.

Сказка Гадкий утенок, Андерсен Ганс Христиан

— Слава богу! — перевёл дух утёнок. — Слава богу! Я так безобразен, что даже собаке противно укусить меня!

И он притаился в камышах; над головою его то и дело пролетали дробинки, раздавались выстрелы.

Пальба стихла только к вечеру, но утёнок долго ещё боялся пошевелиться. Прошло ещё несколько часов, пока он осмелился встать, оглядеться и пуститься бежать дальше по полям и лугам. Дул такой сильный ветер, что утёнок еле-еле мог двигаться. К ночи он добежал до бедной избушки. Избушка так уж обветшала, что готова была упасть, да не знала, на какой бок, оттого и держалась. Ветер так и подхватывал утёнка — приходилось упираться в землю хвостом!

Ветер, однако, всё крепчал; что было делать утёнку? К счастью, он заметил, что дверь избушки соскочила с одной петли и висит совсем криво; можно было свободно проскользнуть через эту щель в избушку. Так он и сделал.

В избушке жила старушка с котом и курицей. Кота она звала сыночком; он умел выгибать спинку, мурлыкать и даже испускать искры, если его гладили против шерсти.

У курицы были маленькие, коротенькие ножки, её и прозвали Коротконожкой; она прилежно несла яйца, и старушка любила её, как дочку.

Утром пришельца заметили: кот начал мурлыкать, а курица клохтать.

— Что там? — спросила старушка, осмотрелась кругом и заметила утёнка, но по слепоте своей приняла его за жирную утку, которая отбилась от дому.

— Вот так находка! — сказала старушка. — Теперь у меня будут утиные яйца, если только это не селезень. Ну да увидим, испытаем!

И утёнка приняли на испытание, но прошло недели три, а яиц всё не было. Господином в доме был кот, а госпожою курица, и оба всегда говорили: «Мы и весь свет!» Они считали самих себя половиной всего света, притом — лучшею его половиной. Утёнку же казалось, что можно на этот счёт быть и другого мнения. Курица, однако, этого не потерпела.

Сказка Гадкий утенок, Андерсен Ганс Христиан

— Умеешь ты нести яйца? — спросила она утёнка.

— Нет!

— Так и держи язык на привязи!

А кот спросил:

— Умеешь ты выгибать спинку, мурлыкать и испускать искры?

— Нет!

— Так и не суйся с своим мнением, когда говорят умные люди!

И утёнок сидел в углу нахохлившись. Вдруг вспомнились ему свежий воздух и солнышко, и ему страшно захотелось поплавать. Он не выдержал и сказал об этом курице.

— Да что с тобой?! — спросила она. — Бездельничаешь, вот тебе блажь в голову и лезет! Неси-ка яйца или мурлычь, дурь-то и пройдёт!

— Ах, плавать по воде так приятно! — сказал утёнок. — А что за наслаждение нырять в самую глубь с головой!

— Хорошо наслаждение! — сказала курица. — Ты совсем рехнулся! Спроси у кота, он умнее всех, кого я знаю, нравится ли ему плавать или нырять! О себе самой я уж не говорю! Спроси, наконец, у нашей старушки хозяйки, умнее её нет никого на свете! По-твоему, и ей хочется плавать или нырять?

— Вы меня не понимаете! — сказал утёнок.

— Если уж мы не понимаем, так кто тебя и поймёт! Что ж, ты хочешь быть умнее кота и хозяйки, не говоря уже обо мне? Не дури, а благодари-ка лучше создателя за всё, что для тебя сделали! Тебя приютили, пригрели, тебя окружает такое общество, в котором ты можешь чему-нибудь научиться, но ты пустая голова, и говорить-то с тобой не стоит! Уж поверь мне! Я желаю тебе добра, потому и браню тебя — так всегда узнаются истинные друзья! Старайся же нести яйца или выучись мурлыкать да пускать искры!

— Я думаю, мне лучше уйти отсюда куда глаза глядят! — сказал утёнок.

— Скатертью дорога! — отвечала курица.

И утёнок ушёл. Он плавал и нырял, но все животные по-прежнему презирали его за безобразие.

Сказка Гадкий утенок, Андерсен Ганс Христиан

Настала осень; листья на деревьях пожелтели и побурели; ветер подхватывал и кружил их; наверху, в небе, стало так холодно, что тяжёлые облака сеяли град и снег, а на изгороди сидел ворон и каркал от холода во всё горло. Брр! Замёрзнешь при одной мысли о таком холоде! Плохо приходилось бедному утёнку.

Раз вечером, когда солнце так красиво закатывалось, из-за кустов поднялась целая стая чудных, больших птиц; утёнок сроду не видал таких красавцев: все они были белы как снег, с длинными, гибкими шеями! То были лебеди. Они испустили какой-то странный крик, взмахнули великолепными, большими крыльями и полетели с холодных лугов в тёплые края, за синее море. Они поднялись высоко-высоко, а бедного утёнка охватило какое-то смутное волнение. Он завертелся в воде, как волчок, вытянул шею и тоже испустил такой громкий и странный крик, что и сам испугался. Чудные птицы не шли у него из головы, и когда они окончательно скрылись из виду, он нырнул на самое дно, вынырнул опять и был словно вне себя. Утёнок не знал, как зовут этих птиц, куда они летели, но полюбил их, как не любил до сих пор никого. Он не завидовал их красоте; ему и в голову не могло прийти пожелать походить на них; он рад бы был и тому, чтоб хоть утки-то его от себя не отталкивали. Бедный безобразный утёнок!

Сказка Гадкий утенок, Андерсен Ганс Христиан

А зима стояла холодная-прехолодная. Утёнку приходилось плавать без отдыха, чтобы не дать воде замёрзнуть совсем, но с каждою ночью свободное ото льда пространство становилось всё меньше и меньше. Морозило так, что ледяная кора трещала. Утёнок без устали работал лапками, но под конец обессилел, приостановился и весь обмёрз.

Рано утром мимо проходил крестьянин, увидал примёрзшего утёнка, разбил лёд своим деревянным башмаком и принёс птицу домой к жене. Утёнка отогрели.

Сказка Гадкий утенок, Андерсен Ганс Христиан

Но вот дети вздумали играть с ним, а он вообразил, что они хотят обидеть его, и шарахнулся со страха прямо в подойник с молоком — молоко всё расплескалось. Женщина вскрикнула и всплеснула руками; утёнок между тем влетел в кадку с маслом, а оттуда в бочонок с мукой. Батюшки, на что он был похож! Женщина вопила и гонялась за ним с угольными щипцами, дети бегали, сшибая друг друга с ног, хохотали и визжали. Хорошо, что дверь стояла отворённой, утёнок выбежал, кинулся в кусты, прямо на свежевыпавший снег и долго-долго лежал там почти без чувств.

Было бы чересчур печально описывать все злоключения утёнка за эту суровую зиму. Когда же солнышко опять пригрело землю своими тёплыми лучами, он лежал в болоте, в камышах. Запели жаворонки, пришла весна.

Утёнок взмахнул крыльями и полетел; теперь крылья его шумели и были куда крепче прежнего. Не успел он опомниться, как уже очутился в большом саду. Яблони стояли все в цвету; душистая сирень склоняла свои длинные зелёные ветви над извилистым каналом.

Ах, как тут было хорошо, как пахло весною! Вдруг из чащи тростника выплыли три чудных белых лебедя. Они плыли так легко и плавно, точно скользили по воде. Утёнок узнал красивых птиц, и его охватила какая-то странная грусть.

«Полечу-ка я к этим царственным птицам; они, наверное, убьют меня за то, что я, такой безобразный, осмелился приблизиться к ним, но пусть! Лучше быть убитыми ими, чем сносить щипки уток и кур, толчки птичницы да терпеть холод и голод зимою!»

И он слетел на воду и поплыл навстречу красавцам лебедям, которые, завидя его, тоже устремились к нему.

— Убейте меня! — сказал бедняжка и опустил голову, ожидая смерти, но что же увидал он в чистой, как зеркало, воде? Своё собственное изображение, но он был уже не безобразною тёмно-серою птицей, а — лебедем!

Сказка Гадкий утенок, Андерсен Ганс Христиан

Не беда появиться на свет в утином гнезде, если ты вылупился из лебединого яйца! Теперь он был рад, что перенёс столько горя и бедствий, — он лучше мог оценить своё счастье и всё окружавшее его великолепие. Большие лебеди плавали вокруг него и ласкали его, гладили клювами.

В сад прибежали маленькие дети; они стали бросать лебедям хлебные крошки и зёрна, а самый меньшой из них закричал:

— Новый, новый!

И все остальные подхватили:

— Да, новый, новый! — хлопали в ладоши и приплясывали от радости; потом побежали за отцом и матерью и опять бросали в воду крошки хлеба и пирожного. Все говорили, что новый красивее всех. Такой молоденький, прелестный!

Сказка Гадкий утенок, Андерсен Ганс Христиан

И старые лебеди склонили перед ним головы. А он совсем смутился и спрятал голову под крыло, сам не зная зачем. Он был чересчур счастлив, но нисколько не возгордился — доброе сердце не знает гордости, — помня то время, когда все его презирали и гнали. А теперь все говорят, что он прекраснейший между прекрасными птицами! Сирень склоняла к нему в воду свои душистые ветви, солнышко светило так славно… И вот крылья его зашумели, стройная шея выпрямилась, а из груди вырвался ликующий крик:

— Мог ли я мечтать о таком счастье, когда был ещё гадким утёнком!

Белоснежка и семь гномов, Братья Гримм

Гадкий Утенок Андерсен рисунок

Лучшая коллекция картинок, рисунков «Гадкий Утенок Андерсен рисунок» в хорошем качестве. Если вы ищете отличные картинки для любимых, фото приколы 30 лет, 20 лет и т.д., рисунки на различные темы для детей, позитивные и интересные фото на аватарку, картинки про каникулы, обои для рабочего стола и на заставку телефона, тогда наш портал вам поможет найти лучшие изображения в отличном качестве.
 Гадкий Утенок Андерсен рисунок 028

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 027

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 026

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 025

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 024

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 023

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 022

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 021

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 020

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 019

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 018



Гадкий Утенок Андерсен рисунок 017

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 016

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 015

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 014

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 013

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 012

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 011

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 010

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 009

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 008

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 007

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 006

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 005

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 004

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 003

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 002

Гадкий Утенок Андерсен рисунок 001

Сказка Гадкий утёнок – Ганс Христиан Андерсен, читать онлайн

Время чтения: 20 мин.

Хорошо было за городом! Стояло лето, рожь уже пожелтела, овсы зеленели, сено было сметано в стога; по зеленому лугу расхаживал длинноногий аист и болтал по-египетски — он выучился этому языку от матери. За полями и лугами шли большие леса с глубокими озерами в чаще. Да, хорошо было за городом! Прямо на солнышке лежала старая усадьба, окруженная глубокими канавами с водой; от самого строения вплоть до воды рос лопух, да такой большой, что маленькие ребятишки могли стоять под самыми крупными из его листьев во весь рост. В самой чаще лопуха было так же глухо и дико, как в густом лесу, и вот там-то сидела на яйцах утка. Сидела она уже давно, и ей порядком надоело это сидение — ее мало навещали: другим уткам больше нравилось плавать по канавкам, чем сидеть в лопухе да крякать с нею. Наконец яичные скорлупки затрещали.

— Пи! Пи! — послышалось из них, яичные желтки ожили и повысунули из скорлупок носики.

— Живо! Живо! — закрякала утка, и утята заторопились, кое-как выкарабкались и начали озираться кругом, разглядывая зеленые листья лопуха; мать не мешала им — зеленый свет полезен для глаз.

— Как мир велик! — сказали утята.

Еще бы! Теперь у них было куда больше места, чем тогда, когда они лежали в яйцах.

— А вы думаете, что тут и весь мир? — сказала мать. — Нет! Он идет далеко-далеко, туда, за сад, в поле священника, но там я отроду не бывала!.. Ну, все, что ли, вы тут? — И она встала. — Ах, нет, не все! Самое большое яйцо целехонько! Да скоро ли этому будет конец! Право, мне уж надоело.

И она уселась опять.

— Ну, как дела? — заглянула к ней старая утка.

— Да вот еще одно яйцо остается! — сказала молодая утка. — Сижу, сижу, а все толку нет! Но посмотри-ка на других! Просто прелесть! Ужасно похожи на отца! А он-то, негодный, и не навестил меня ни разу!

— Постой-ка, я взгляну на яйцо! — сказала старая утка. — Может статься, это индюшечье яйцо! Меня тоже надули раз! Ну и маялась же я, как вывела индюшат! Они страсть как боятся воды; уж я и крякала, и звала, и толкала их в воду — не идут, да и конец! Дай мне взглянуть на яйцо! Ну, так и есть! Индюшечье! Брось-ка его да ступай, учи других плавать!

— Посижу уж еще! — сказала молодая утка. — Сидела столько, что можно посидеть и еще немножко.

— Как угодно! — сказала старая утка и ушла. Наконец затрещала скорлупка и самого большого яйца.

— Пи! Пи! — и оттуда вывалился огромный некрасивый птенец. Утка оглядела его.

— Ужасно велик! — сказала она. — И совсем не похож на остальных! Неужели это индюшонок? Ну да в воде-то он у меня побывает, хоть бы мне пришлось столкнуть его туда силой!

На другой день погода стояла чудесная, зеленый лопух весь был залит солнцем. Утка со всею своею семьей отправилась к канаве. Бултых! — и утка очутилась в воде.

— За мной! Живо! — позвала она утят, и те один за другим тоже бултыхнулись в воду.

Сначала вода покрыла их с головками, но затем они вынырнули и поплыли так, что любо. Лапки у них так и работали; некрасивый серый утенок не отставал от других.

— Какой же это индюшонок? — сказала утка. — Ишь как славно гребет лапками, как прямо держится! Нет, это мой собственный сын! Да он вовсе и не дурен, как посмотришь на него хорошенько! Ну, живо, живо, за мной! Я сейчас введу вас в общество: мы отправимся на птичий двор. Но держитесь ко мне поближе, чтобы кто-нибудь не наступил на вас, да берегитесь кошек!

Скоро добрались и до птичьего двора. Батюшки! Что тут был за шум и гам! Две семьи дрались из-за одной угриной головки, и в конце концов она досталась кошке.

— Вот как идут дела на белом свете! — сказала утка и облизнула язычком клюв: ей тоже хотелось отведать угриной головки. — Ну, ну, шевелите лапками! — сказала она утятам. — Крякните и поклонитесь вон той старой утке! Она здесь знатнее всех! Она испанской породы и потому такая жирная. Видите, у нее на лапке красный лоскуток? Как красиво! Это знак высшего отличия, какого только может удостоиться утка. Люди дают этим понять, что не желают потерять ее; по этому лоскутку ее узнают и люди, и животные. Ну, живо! Да не держите лапки вместе! Благовоспитанный утенок должен держать лапки врозь и выворачивать их наружу, как папаша с мамашей! Вот так! Кланяйтесь теперь и крякайте!

Они так и сделали, но другие утки оглядывали их и громко говорили:

— Ну, вот еще целая орава! Точно нас мало было! А один-то какой безобразный! Его уж мы не потерпим!

И сейчас же одна утка подскочила и клюнула его в шею.

— Оставьте его! — сказала утка-мать. — Он вам ведь ничего не сделал!

— Положим, но он такой большой и странный! — отвечала забияка. — Ему и надо задать хорошенько!

— Славные у тебя детки! — сказала старая утка с красным лоскутком на лапке. — Все очень милы, кроме одного… Этот не удался! Хорошо бы его переделать!

— Никак нельзя, ваша милость! — ответила утка-мать. — Он некрасив, но у него доброе сердце, и плавает он не хуже, смею даже сказать, лучше других. Я думаю, что он вырастет, похорошеет или станет со временем поменьше. Он залежался в яйце, оттого и не совсем удался. — И она провела носиком по перышкам большого утенка. — Кроме того, он селезень, а ему красота не так нужна. Я думаю, что он возмужает и пробьет себе дорогу!

— Остальные утята очень-очень милы! — сказала старая утка. — Ну, будьте же как дома, а найдете угриную головку, можете принести ее мне.

Вот они и стали вести себя, как дома. Только бедного утенка, который вылупился позже всех и был такой безобразный, клевали, толкали и осыпали насмешками решительно все — и утки, и куры.

— Он больно велик! — говорили все, а индюк, который родился со шпорами на ногах и потому воображал себя императором, надулся и, словно корабль на всех парусах, подлетел к утенку, поглядел на него и пресердито залопотал; гребешок у него так весь и налился кровью. Бедный утенок просто не знал, что ему делать, как быть. И надо же ему было уродиться таким безобразным посмешищем для всего птичьего двора!

Так прошел первый день, затем пошло еще хуже. Все гнали бедняжку, даже братья и сестры сердито говорили ему: «Хоть бы кошка утащила тебя, несносного урода!» — а мать прибавляла: «Глаза бы мои тебя не видали!» Утки клевали его, куры щипали, а девушка, которая давала птицам корм, толкала ногою.

Не выдержал утенок, перебежал двор и — через изгородь! Маленькие птички испуганно вспорхнули из кустов.

«Они испугались меня — такой я безобразный!» — подумал утенок и пустился с закрытыми глазами дальше, пока не очутился в болоте, где жили дикие утки. Усталый и печальный он просидел тут всю ночь.

Утром утки вылетели из гнезд и увидали нового товарища.

— Ты кто такой? — спросили они, а утенок вертелся, раскланиваясь на все стороны, как умел.

— Ты пребезобразный! — сказали дикие утки. — Но нам до этого нет дела, только не вздумай породниться с нами!

Бедняжка! Где уж ему было и думать об этом! Лишь бы позволили ему посидеть тут в камышах да попить болотной водицы.

Два дня провел он в болоте, на третий явились два диких гусака. Они недавно вылупились из яиц и потому выступали с большим форсом.

— Слушай, дружище! — сказали они. — Ты такой урод, что, право, нравишься нам! Хочешь бродить с нами и быть вольной птицей? Недалеко отсюда, в другом болоте, живут премиленькие дикие гусыни-барышни. Они умеют говорить «рап, рап!» Ты такой урод, что — чего доброго — будешь иметь у них большой успех!

«Пиф! паф!» — раздалось вдруг над болотом, и оба гусака упали в камыши мертвыми: вода окрасилась кровью. «Пиф! паф!» — раздалось опять, и из камышей поднялась целая стая диких гусей. Пошла пальба. Охотники окружили болото со всех сторон; некоторые из них сидели в нависших над болотом ветвях деревьев. Голубой дым облаками окутывал деревья и стлался над водой. По болоту шлепали охотничьи собаки; камыш качался из стороны в сторону. Бедный утенок был ни жив ни мертв от страха и только хотел спрятать голову под крыло, как глядь — перед ним охотничья собака с высунутым языком и сверкающими злыми глазами. Она приблизила к утенку свою пасть, оскалила острые зубы и — шлеп, шлеп — побежала дальше.

— Слава Богу! — перевел дух утенок. — Слава Богу! Я так безобразен, что даже собаке не хочется укусить меня!

И он притаился в камышах; над головою его то и дело летали дробинки, раздавались выстрелы.

Пальба стихла только к вечеру, но утенок долго еще боялся пошевелиться. Прошло еще несколько часов, пока он осмелился встать, оглядеться и пуститься бежать дальше по полям и лугам. Дул такой сильный ветер, что утенок еле-еле мог двигаться.

К ночи он добежал до бедной избушки. Избушка так уже обветшала, что готова была упасть, да не знала, на какой бок, оттого и держалась. Ветер так и подхватывал утенка — приходилось упираться в землю хвостом!

Ветер, однако, все крепчал; что было делать утенку? К счастью, он заметил, что дверь избушки соскочила с одной петли и висит совсем криво: можно было свободно проскользнуть через эту щель в избушку. Так он и сделал.

В избушке жила старушка с котом и курицей. Кота она звала сыночком; он умел выгибать спинку, мурлыкать и даже испускать искры, если его гладили против шерсти. У курицы были маленькие, коротенькие ножки, ее и прозвали Коротконожкой; она прилежно несла яйца, и старушка любила ее, как дочку.

Утром пришельца заметили: кот начал мурлыкать, а курица клохтать.

— Что там? — спросила старушка, осмотрелась кругом и заметила утенка, но по слепоте своей приняла его за жирную утку, которая отбилась от дому.

— Вот так находка! — сказала старушка. — Теперь у меня будут утиные яйца, если только это не селезень. Ну да увидим, испытаем!

И утенка приняли на испытание, но прошло недели три, а яиц все не было. Господином в доме был кот, а госпожою курица, и оба всегда говорили: «Мы и свет!» Они считали самих себя половиной всего света, притом — лучшею его половиной. Утенку же казалось, что можно на этот счет быть и другого мнения. Курица, однако, этого не потерпела.

— Умеешь ты нести яйца? — спросила она утенка.

— Нет!

— Так и держи язык на привязи!

А кот спросил:

— Умеешь ты выгибать спинку, мурлыкать и испускать искры?

— Нет!

— Так и не суйся со своим мнением, когда говорят умные люди!

И утенок сидел в углу, нахохлившись. Вдруг вспомнились ему свежий воздух и солнышко, и ему страшно захотелось поплавать. Он не выдержал и сказал об этом курице.

— Да что с тобой?! — спросила она. — Бездельничаешь, вот тебе блажь в голову и лезет! Неси-ка яйца или мурлычь — дурь-то и пройдет!

— Ах, плавать по воде так приятно! — сказал утенок. — А что за наслаждение нырять в самую глубь с головой!

— Хорошо наслаждение! — сказала курица. — Ты совсем рехнулся! Спроси у кота — он умнее всех, кого я знаю, — нравится ли ему плавать или нырять! О себе самой я уж не говорю! Спроси, наконец, у нашей старушки госпожи: умнее ее нет никого в свете! По-твоему, и ей хочется плавать или нырять с головой?

— Вы меня не понимаете! — сказал утенок.

— Если уж мы не понимаем, так кто тебя и поймет! Что ж, ты хочешь быть умнее кота и госпожи, не говоря уже обо мне? Не дури, а благодари-ка лучше Создателя за все, что для тебя сделали! Тебя приютили, пригрели, тебя окружает такое общество, в котором ты можешь чему-нибудь научиться, но ты — пустая голова, и говорить-то с тобой не стоит! Уж поверь мне! Я желаю тебе добра, потому и браню тебя: по этому всегда узнаются истинные друзья! Старайся же нести яйца или выучись мурлыкать да пускать искры!

— Я думаю, мне лучше уйти отсюда куда глаза глядят! — сказал утенок.

— И с Богом! — отвечала курица.

И утенок ушел, плавал и нырял с головой, но все животные по-прежнему презирали его за безобразие.

Настала осень; листья на деревьях пожелтели и побурели; ветер подхватывал и кружил их по воздуху; наверху, в небе, стало так холодно, что тяжелые облака сеяли градом и снегом, а на изгороди сидел ворон и каркал от холода во все горло. Брр! Замерзнешь при одной мысли о таком холоде! Плохо приходилось бедному утенку.

Раз вечером, когда солнышко еще так славно сияло на небе, из-за кустов поднялась целая стая чудных больших птиц; утенок сроду не видал таких красавцев: все они были белы как снег, с длинными, гибкими шеями! То были лебеди. Они испустили какой-то странный крик, взмахнули великолепными большими крыльями и полетели с холодных лугов в теплые края, за синее море. Они поднялись высоко-высоко, а бедного утенка охватило какое-то странное волнение. Он завертелся в воде, как волчок, вытянул шею и тоже испустил такой громкий и странный крик, что и сам испугался. Чудные птицы не шли у него из головы, и, когда они окончательно скрылись из виду, он нырнул на самое дно, вынырнул опять и был словно вне себя. Утенок не знал, как зовут этих птиц, куда они летели, но полюбил их, как не любил до сих пор никого. Он не завидовал их красоте: ему и в голову не могло прийти пожелать походить на них; он рад бы был и тому, чтоб хоть утки-то его от себя не отталкивали. Бедный безобразный утенок!

А зима стояла холодная-прехолодная. Утенку приходилось плавать по воде без отдыха, чтобы не дать ей замерзнуть совсем, но с каждою ночью свободное ото льда пространство становилось все меньше и меньше. Морозило так, что ледяная кора трещала. Утенок без устали работал лапками, но под конец обессилел, приостановился и весь обмерз.

Рано утром мимо проходил крестьянин, увидал примерзшего утенка, разбил лед своим деревянным башмаком и принес птицу домой к жене. Утенка отогрели.

Но вот дети вздумали поиграть с ним, а он вообразил, что они хотят обидеть его, и шарахнулся со страха прямо в подойник с молоком — молоко все расплескалось. Женщина вскрикнула и всплеснула руками; утенок между тем влетел в кадку с маслом, а оттуда — в бочонок с мукой. Батюшки, на что он был похож! Женщина вопила и гонялась за ним с угольными щипцами, дети бегали, сшибая друг друга с ног, хохотали и визжали. Хорошо, что дверь стояла отворенной: утенок выбежал, кинулся в кусты прямо на свежевыпавший снег и долго-долго лежал там почти без чувств.

Было бы чересчур печально описывать все злоключения утенка во время суровой зимы. Когда же солнышко опять пригрело землю своими теплыми лучами, он лежал в болоте, в камышах. Запели жаворонки, пришла весна-красна.

Утенок взмахнул крыльями и полетел; теперь крылья его шумели и были куда крепче прежнего. Не успел он опомниться, как уже очутился в большом саду. Яблони стояли все в цвету, душистая сирень склоняла свои длинные зеленые ветви над извилистым каналом.

Ах, как тут было хорошо, как пахло весною! Вдруг из чащи тростника выплыли три чудных белых лебедя. Они плыли так легко и плавно, точно скользили по воде. Утенок узнал красивых птиц, и его охватила какая-то странная грусть.

«Полечу-ка я к этим царственным птицам; они, наверное, убьют меня за мою дерзость, за то, что я, такой безобразный, осмелился приблизиться к ним, но пусть! Лучше быть убитым ими, чем сносить щипки уток и кур, толчки птичницы да терпеть холод и голод зимою!»

И он слетел в воду и поплыл навстречу красавцам лебедям, которые, завидя его, тоже устремились к нему.

— Убейте меня! — сказал бедняжка и опустил голову, ожидая смерти, но что же увидал он в чистой, как зеркало, воде? Свое собственное отражение, но он был уже не безобразною темно-серою птицей, а — лебедем!

Не беда появиться на свет в утином гнезде, если вылупился из лебединого яйца!

Теперь он был рад, что перенес столько горя и бедствий: он лучше мог теперь оценить свое счастье и все окружавшее его великолепие. Большие лебеди плавали вокруг него и ласкали его, гладя клювами по перышкам.

В сад прибежали маленькие дети; они стали бросать лебедям хлебные крошки и зерна, а самый маленький из них закричал:

— Новый, новый!

И все остальные подхватили:

— Да, новый, новый! — хлопали в ладоши и приплясывали от радости; потом побежали за отцом с матерью, и опять бросали в воду крошки хлеба и пирожного.

Все говорили, что новый красивее всех. Такой молоденький, прелестный!

И старые лебеди склонили перед ним головы.

А он совсем смутился и спрятал голову под крыло, сам не зная зачем. Он был чересчур счастлив, но нисколько не гордился: доброе сердце не знает гордости, помня то время, когда все его презирали и гнали. А теперь все говорят, что он прекраснейший между прекрасными птицами! Сирень склоняла к нему в воду свои душистые ветви; солнышко светило так славно… И вот крылья его зашумели, стройная шея выпрямилась, а из груди вырвался ликующий крик:

— Нет, о таком счастье я и не мечтал, когда был еще безобразным утенком!

👍 Гадкий утенок. Г.Х. Андерсен 🐱

Сказки » Авторские сказки » Зарубежные писатели » Сказки Ганс Х. Андерсена » Гадкий утенок. Г.Х. Андерсен

Порекомендовать к прочтению:

Страницы: 1 2 3 4

– Это никак невозможно, ваша милость! – ответила утка-мать. – Он некрасив – это правда, но у него доброе сердце. А плавает он не хуже, смею даже сказать – лучше других. Я думаю, со временем он выровняется и станет поменьше. Он слишком долго пролежал в яйце и потому немного перерос. – И она разгладила клювом перышки на его спине. – Кроме того, он селезень, а селезню красота не так уж нужна. Я думаю, он вырастет сильным и пробьет себе дорогу в жизнь.

– Остальные утята очень, очень милы! – сказала знатная утка. – Ну, будьте как дома, а если найдете угриную головку, можете принести ее мне.

И вот утята стали вести себя как дома. Только бедному утенку, который вылупился позже других и был такой гадкий, никто не давал проходу. Его клевали, толкали и дразнили не только утки, но даже куры.

– Слишком велик! – говорили они.

А индийский петух, который родился со шпорами на ногах и потому воображал себя чуть не императором, надулся и, словно корабль на всех парусах, подлетел прямо к утенку, поглядел на него и сердито залопотал; гребешок у него так и налился кровью. Бедный утенок просто не знал, что ему делать, куда деваться. И надо же было ему уродиться таким гадким, что весь птичий двор смеется над ним!

Так прошел первый день, а потом стало еще хуже. Все гнали бедного утенка, даже братья и сестры сердито говорили ему: “Хоть бы кошка утащила тебя, несносный урод!” А мать прибавляла: “Глаза б мои на тебя не глядели!” Утки щипали его, куры клевали, а девушка, которая давала птицам корм, отталкивала его ногою.

Наконец утенок не выдержал. Он перебежал через двор и, распустив свои неуклюжие крылышки, кое-как перевалился через забор прямо в колючие кусты.

Маленькие птички, сидевшие на ветках, разом вспорхнули и разлетелись в разные стороны.

«Это оттого, что я такой гадкий», – подумал утенок и, зажмурив глаза, бросился бежать, сам не зная куда. Он бежал до тех пор. пока не очутился в болоте, где жили дикие утки.

Тут он провел всю ночь. Бедный утенок устал, и ему было очень грустно.

Утром дикие утки проснулись в своих гнездах и увидали нового товарища.

– Это что за птица? – спросили они. Утенок вертелся и кланялся во все стороны, как умел.

– Ну и гадкий же ты! – сказали дикие утки. – Впрочем, нам до этого нет никакого дела, только бы ты не лез к нам в родню.

Бедняжка! Где уж ему было и думать об этом! Лишь бы ему позволили жить в камышах да пить болотную воду, – о большем он и не мечтал.

Так просидел он в болоте два дня. На третий день туда прилетели два диких гусака. Они совсем недавно научились летать и поэтому очень важничали.

– Слушай, дружище! – сказали они. – Ты такой чудной, что на тебя смотреть весело. Хочешь дружить с нами? Мы птицы вольные – куда хотим, туда и летим. Здесь поблизости есть еще болото, там живут премиленькие дикие гусыни-барышни. Они умеют говорить: «Рап! Рап!» Ты так забавен, что, чего доброго, будешь иметь у них большой успех.

Пиф! Паф! – раздалось вдруг над болотом, и оба гусака упали в камыши мертвыми, а вода покраснела от крови.

Пиф! Паф! – раздалось опять, и целая стая диких гусей поднялась над болотом. Выстрел гремел за выстрелом. Охотники окружили болото со всех сторон; некоторые из них забрались на деревья и вели стрельбу сверху. Голубой дым облаками окутывал вершины деревьев и стлался над водой. По болоту рыскали охотничьи собаки. Только и слышно было: шлёп-шлёп! И камыш раскачивался из стороны в сторону. Бедный утенок от страха был ни жив ни мертв. Он хотел было спрятать голову под крылышко, как вдруг прямо перед ним выросла охотничья собака с высунутым языком и сверкающими злыми глазами.

Она посмотрела на утенка, оскалила острые зубы и – шлёп-шлёп! – побежала дальше.

«Кажется, пронесло, – подумал утенок и перевел дух. – Видно, я такой гадкий, что даже собаке противно съесть меня!»

И он притаился в камышах. А над головою его то и дело свистела дробь, раздавались выстрелы.

Пальба стихла только к вечеру, но утенок долго еще боялся пошевельнуться.

Прошло несколько часов. Наконец он осмелился встать, осторожно огляделся вокруг и пустился бежать дальше по полям и лугам.

Дул такой сильный встречный ветер, что утенок еле-еле передвигал лапками.

К ночи он добрался до маленькой убогой избушки. Избушка до того обветшала, что готова была упасть, да не знала, на какой бок, потому и держалась.

Ветер так и подхватывал утенка, – приходилось прижиматься к самой земле, чтобы не унесло.

К счастью, он заметил, что дверь избушки соскочила с одной петли и так перекосилась, что сквозь щель можно легко пробраться внутрь. И утенок пробрался.

В избушке жила старуха со своей курицей и котом. Кота она звала Сыночком; он умел выгибать спину, мурлыкать и даже сыпать искрами, но для этого надо было погладить его против шерсти. У курицы были маленькие коротенькие ножки, и потому ее так и прозвали Коротконожкой. Она прилежно несла яйца, и старушка любила ее, как дочку.

Утром утенка заметили. Кот начал мурлыкать, а курица кудахтать.

– Что там такое? – спросила старушка. Она поглядела кругом и увидела в углу утенка, но сослепу приняла его за жирную утку, которая отбилась от дому.

– Вот так находка! – сказала старушка. – Теперь у меня будут утиные яйца, если только это не селезень. И она решила оставить бездомную птицу у себя. Но прошло недели три, а яиц всё не было. Настоящим хозяином в доме был кот, а хозяйкой – курица. Оба они всегда говорили: “Мы и весь свет!” Они считали самих себя половиной всего света, и притом лучшей половиной. Утенку, правда, казалось, что на сей счет можно быть другого мнения. Но курица этого не допускала.

Страницы: 1 2 3 4

Поделитесь ссылкой на сказку с друзьями:

Поставить книжку к себе на полку
 Распечатать сказку

Читайте также сказки:


Гадкий утенок, Ганс Христиан Андерсен

Den Grimme ælling = Гадкий утенок, Ганс Христиан Андерсен

В начале истории вылупляются яйца утки. Одна из птичек воспринимается другими птицами и животными на ферме как уродливое маленькое существо и подвергается от них многим словесным и физическим оскорблениям. Он грустно бредет со скотного двора и живет с дикими утками и гусями, пока охотники не забивают стада. Он находит дом со старухой, но ее кот и курица дразнят и безжалостно дразнят его, и он снова отправляется в путь.

Den Grimme ælling = Гадкий утенок, Ганс Кристиан Андерсен

Когда начинается история, из утиных яиц вылупляются яйца. .Одна из птичек воспринимается другими птицами и животными на ферме как уродливое маленькое существо и подвергается от них многим словесным и физическим оскорблениям. Он грустно бредет со скотного двора и живет с дикими утками и гусями, пока охотники не забивают стада. Он находит дом со старухой, но ее кошка и курица дразнят и безжалостно дразнят его, и снова он уходит один.

Утенок видит стаю перелетных диких лебедей. Он в восторге и возбуждении, но не может присоединиться к ним, потому что слишком молод и не умеет летать.Наступает зима. Фермер находит и уносит замерзшего утенка домой, но подкидыш, испуганный шумными детьми фермера, убегает из дома. Он проводит ужасную зиму в одиночестве на открытом воздухе, в основном прячась в пещере на озере, которая частично замерзает. С наступлением весны на озеро спускается стая лебедей.

Гадкий утенок, теперь уже взрослый и повзрослевший, не может больше выносить жизнь, полную одиночества и лишений, и решает броситься в стаю лебедей, решив, что лучше быть убитым такими красивыми птицами, чем жить жизнь уродливой и несчастной.Он шокирован, когда лебеди приветствуют и принимают его, только чтобы понять, глядя на свое отражение в воде, что он все это время был не утенком, а лебедем. Стая поднимается в воздух, а теперь прекрасный лебедь расправляет свои великолепные большие крылья и летит вместе с остальной частью своей новой семьи.

وانش نستین وانش این نسخه: ماه جولای سال 2005 میلادی


Производитель: و اردک زشت ؛ نویسنده: انس کریستین اندرسن ؛ مترجم: مهرداد مهرین ؛ تصاویر بائو ؛ مشخصات نشر: تهران ، خشایار ، 1380 ، در 12 ص رنگی ؛ شابک 9644411021 ؛ ا دوم 1381 اپ ارم 1382 برای گروه سنی ب موضوع داستانهای حیوانات ، نویسندگان دانمارکی – تهران ، دادجو ، 1364 ری خورشیدی ؛ در 12 ص ؛ بارها تجدید چاپ شده
مترجم: پرستو یغمایی, نشر کهن, 1375 هجری خورشیدی
مترجم: سعید بهروزی, افق, 1375 هجری خورشیدی
مترجم: زهرا سعیدبهر, فرهنگ و هنر, 1375 هجری خورشیدی
مترجم مهری محققفر; تهران: دفتر نشر فرهنگ اسلامی, 1374 هجری خورشیدی
مترجم: نوا آشتیانی, شارع, 1378 هجری خورشیدی
مترجم: شهرام عطائی, هفت اقلیم, 1378 هجری خورشیدی
مترجم: مهرداد مهرین, خشایار, 1380 هجری خورشیدی
مترجم: آزاده معالج, نشر همکلاسی, 1380 هجری خورشیدی
مترجم: علی رحیملو, تهران, دانشگر, واحد کودکان و نوجوانان, 1380 هجری خورشیدی
مترجم: بهناز منجئی آزاد, نشر آزمون, 1380 هجری خورشیدی
مترجم: کامیار جولایی, جویا, 1380 هجری خورشیدی
مترجم: سرور مهدوی میلانی, تهران, نوبهار , +1381 هجری خورشیدی
مترجم: زهرا حصارپرور, بازنویس: جواد داعی, مشهد, جام آپادانا, +1381 هجری خورشیدی
مترجم: عماد لدنی, تهران صدف, +1381 هجری خورشیدی
خانه ادبیات, +1381 هجری خورشیدی
مترجم: مینو کسائیان, اصفهان, مهرقائم, +1382 هجری خورشیدی
مترجم: مهدی علم باز, تهران, دلفین آبی, لاک پشت 1382 هجری خورشیدی
مترجم: قدرت الله نیکبخت, تهران, قو 1383 هجری خورشیدی
مترجم: پریسا جباری, آبشن 1384 هجری خورشیدی
مترجم: سحر بیضائی, مهرداد, 1385 هجری خورشید ی
مترجم: کیانوش مصباح, هیربد, 1386 هجری خورشیدی
مترجم: ابراهیم بوی افراز, کاوشگر, 1386 هجری خورشیدی
مترجم: اکبر میرمطهر, اسرار قلم, 1387 هجری خورشیدی
مترجم: ابوالقاسم سبطی, نخستین, 1387 هجری خورشیدی
مترجم: سیما مولایی, نزدیک , 1387 هجری خورشیدی
مترجم: علی اتحاد, بازنویس: مجید سیف, سپیده 1388 هجری خورشیدی
مترجم: احمد قنبری, جان شیفته 1389 هجری خورشیدی
مترجم: ساناز صفری, ریحانه 1391 هجری خورشیدی
مترجم: بیژن نامجو, فکر برتر 1391 هجری خورشیدی
مترجم: مجید میرزامحمدی, نهال نویدان, 1392 هجری خورشیدی
مترجم: آرزو رمضانی, آرمند, 1392 هجری خورشیدی
مترجم: سیدعلی کاشفی خوانساری, قدیانی, کتابهای بنفشه, 1392 هجری خورشیدی
مترجم: علی محمدپور, پوپک نقره ای 1393 هجری خورشیدی

شاهکاری بی بدیل, آغازش داستان جوجه ای زشت, و پایانش قویی زیبا و باشکوه, انگار زندگی خود نویسنده است, در قالب خیال نیز, نمیتوانم گفت این داستان چند بار تجدید چاپ شده یا چند مترجم آن را به فارسی برگردانده اند

جوجه اردک زشت, برخاسته از اندیشه و خیال «اندرسن» بوده است, و وابستگی ای به هیچ داستان عامیانه ی مهنسال ندارد, نخستین بار در روز یازدهم ماه نوامبر سال 1843 میلادی, به همراه سه داستان دیگر از «اندرسن», در «کپنهاگ دانمارک »انتشار یافت و و تحسین منتقدان و مگان را برانگیخت ؛ و نام «انس کریستین اندرسن» را اودانه ساخت ؛ ا.ربیانی

.

Гадкий утенок

Ганса Христиана Андерсена


Гадкий утенок – одна из наших любимых сказок.


В деревне стояла прекрасная летняя погода, и золотая кукуруза, зеленый овес и стога сена, сложенные на лугах, выглядели красиво. Аист, ходивший на своих длинных красных ногах, болтал на египетском языке, который он выучил от своей матери. Кукурузные поля и луга были окружены большими лесами, посреди которых были глубокие лужи.Было действительно приятно гулять по деревне. В солнечном месте стоял симпатичный старый фермерский дом рядом с глубокой рекой, и от дома вниз к берегу росли огромные листья лопуха, такие высокие, что под самым высоким из них маленький ребенок мог стоять прямо. Место было диким, как центр густого леса. В этом уютном уединении на своем гнезде сидела утка, наблюдая, как вылупится ее молодой выводок; она начинала уставать от своей работы, потому что малыши долго выходили из своих панцирей, а к ней редко приходили посетители.Остальным уткам гораздо больше нравилось плавать в реке, чем карабкаться по скользким берегам и сидеть под листом лопуха, чтобы посплетничать с ней. Наконец треснула одна скорлупа, затем другая, и из каждого яйца вышло живое существо, которое подняло голову и закричало: «Пи-п-п-п». «Кря, кря», – сказала мать, а затем все крякали, как могли, и оглядывались со всех сторон на большие зеленые листья. Мать позволяла им выглядеть сколько угодно, ведь зеленый цвет хорош для глаз.«Как велик мир», – сказали молодые утки, когда они обнаружили, насколько больше у них теперь места, чем когда они были внутри яичной скорлупы. “Вы представляете, что это весь мир?” спросила мать; «Подожди, пока не увидишь сад; он простирается далеко за пределы этого поля до пастырского поля, но я никогда не отваживался заходить на такое расстояние. Вы все вышли?» она продолжала, вставая; «Нет, заявляю я, самое большое яйцо все еще лежит там. Интересно, как долго это продлится, я очень устал от этого»; и она снова села на гнездо.

“Ну как дела?” – спросила старая утка, приходившая к ней в гости.

«Одно яйцо еще не вылупилось, – сказала утка, – оно не разобьется. Но посмотрите на всех остальных, разве они не самые красивые маленькие утята, которых вы когда-либо видели? Они образ их отца, который такой недобрый, он никогда не приходит посмотреть ».

«Дай мне посмотреть яйцо, которое не разобьется», – сказала утка; “Я не сомневаюсь, что это индюшачье яйцо. Меня однажды уговорили вылупить несколько яиц, и после всех моих забот и проблем с детенышами они боялись воды.Я крякала и кудахтала, но все без толку. Я не мог заставить их войти. Дайте мне взглянуть на яйцо. Да, это яйцо индейки; послушай мой совет, оставь его на месте и научи других детей плавать “.

” Думаю, я еще посидю на нем еще немного, – сказала утка, – так как я уже просидела так долго, несколько дней. ничего не будет.

«Пожалуйста,» сказала старая утка и ушла.

Наконец большое яйцо разбилось, и молодой выполз наружу с криком: «Пик, писк.«Он был очень большим и некрасивым. Утка уставилась на него и воскликнула:« Он очень большой и совсем не такой, как другие ». Интересно, действительно ли это индейка. Однако мы скоро узнаем это, когда пойдем к воде. Она должна войти внутрь, если мне придется ее толкать ».

На следующий день погода была восхитительной, и солнце ярко освещало зеленые листья лопуха, поэтому утка спустила свой молодой выводок к воде и «Кря, кря», – закричала она, и один за другим прыгнули утята.Вода сомкнулась над их головами, но они мгновенно всплыли и довольно красиво поплыли, подбирая ноги как можно легче, и гадкий утенок тоже плыл вместе с ними в воде.

«Ой, – сказала мать, – это не индейка; как хорошо он использует свои ноги и как прямо держит себя! Он мой собственный ребенок, и в конце концов, он не такой уж уродливый, если вы посмотрите на Кря, шарлатан! пойдем со мной сейчас, я отведу тебя в большое общество и познакомлю с фермерским двором, но ты должен держаться рядом со мной, иначе на тебя могут наступить; и, прежде всего, остерегайся кота .

Когда они достигли двора фермы, произошло большое волнение, две семьи дрались за голову угря, которую, в конце концов, унесла кошка. «Смотрите, дети, таков мирский образ жизни». – сказала утка, точя клюв, потому что ей самой понравилась бы голова угря. – Ну, давай, пользуйся ногами и дай мне посмотреть, как хорошо ты можешь себя вести. Вы должны красиво склонить головы перед той старой уткой, которая вон там; она – высшее из всех рожденных, и в ней испанская кровь, поэтому она хорошо обеспечена.Разве вы не видите, что у нее к ноге привязан красный флаг, что является чем-то грандиозным и большой честью для утки; это показывает, что каждый стремится не потерять ее, поскольку ее могут узнать и люди, и животные. Ну, теперь, не сворачивайся, породистый утенок широко расставляет ноги, как его отец и мать, таким образом; теперь согни шею и скажи «шарлатан».

Утята сделали, как им было велено, но другая утка уставилась и сказала: «Смотри, вот идет еще один выводок, как будто нас уже мало! и что за странно выглядящий объект один из них; мы не хотим, чтобы он здесь », – а затем один вылетел и укусил его за шею.

«Оставь его в покое», – сказала мать; «он не причиняет никакого вреда».

«Да, но он такой большой и уродливый, – сказал злобный утенок, – поэтому его надо выгнать».

«Остальные – очень красивые дети, – сказала старая утка с тряпкой на ноге, – все, кроме этого; я бы хотела, чтобы его мать могла немного поправить его».

«Это невозможно, ваша светлость», – ответила мать; “он некрасивый; но у него очень хороший характер, и он плавает так же или даже лучше, чем другие.Я думаю, он вырастет красивым и, возможно, станет меньше; он слишком долго оставался в яйце, и поэтому его фигура не сформирована должным образом », а затем она погладила его шею и разгладила перья, сказав:« Это селезень, а потому не такой уж большой. Я думаю, он вырастет сильным и сможет позаботиться о себе ».

« Другие утята достаточно изящны, – сказала старая утка. – А теперь почувствуйте себя как дома, и если вы найдете голову угря, вы

Итак, они устроились поудобнее; но бедный утенок, который вылез из панциря последним и выглядел так некрасиво, был укушен, толкался и высмеивал не только утки, но вся птица.«Он слишком большой», – говорили все, и индюшачий петух, который родился на свет со шпорами и вообразил себя настоящим императором, выпрямился, как судно на всех парусах, и полетел на утенка, и Голова сильно покраснела от страсти, так что бедняга не знал, куда идти, и был очень несчастен, потому что был таким уродливым и над ним смеялся весь двор. Так продолжалось изо дня в день, пока не становилось все хуже и хуже. Бедного утенка гоняли все; даже его братья и сестры были к нему недобры и говорили: «Ах ты, уродливое существо, я бы хотел, чтобы тебя достал кот», а его мать сказала, что ей жаль, что он никогда не родился.Утки его клюнули, куры избили, а девочка, кормившая птицу, пнула его ногами. В конце концов он убежал, напугав птичек в изгороди, когда он перелетел через ограды.
«Они боятся меня, потому что я уродлив», – сказал он. Поэтому он закрыл глаза и полетел еще дальше, пока не вышел на большую пустошь, населенную дикими утками. Здесь он оставался всю ночь, чувствуя себя очень усталым и печальным.

Утром, когда дикие утки поднялись в воздух, они уставились на своего нового товарища.”Что ты за утка?” – сказали все, подходя к нему.

Он поклонился им и был настолько вежлив, насколько мог, но не ответил на их вопрос. «Вы очень уродливы, – сказали дикие утки, – но это не имеет значения, если вы не хотите жениться на одном из членов нашей семьи».

Бедняжка! у него не было мыслей о браке; все, что он хотел, – это разрешения лечь среди тростника и попить воды на болоте. После того, как он пробыл на болоте два дня, пришли два диких гуся, или, вернее, гусята, потому что они совсем недавно выпали из яйца и были очень пикантны.«Послушай, друг, – сказал один из них утенку, – ты такой уродливый, что ты нам очень нравишься. Ты пойдешь с нами и станешь перелетной птицей? Недалеко отсюда есть еще одна пустошь, в которой Есть несколько хорошеньких диких гусей, все холостые. Для тебя это шанс обзавестись женой; тебе может повезти, хотя ты такой уродливый ».

В воздухе прозвучало «Поп, поп», и два диких гуся упали замертво среди тростника, а вода залилась кровью. «Поп, поп», – эхом разнеслось вдали, и целые стаи диких гусей поднялись из тростника.Звук доносился со всех сторон, потому что спортсмены окружали болото, а некоторые даже сидели на ветвях деревьев, глядя на камыши. Синий дым от пушек поднимался, как облака, над темными деревьями, и, когда он плыл по воде, несколько спортивных собак прыгнули среди тростников, которые наклонялись под ними, куда бы они ни пошли. Как они напугали бедного утенка! Он отвернул голову, чтобы спрятать ее под свое крыло, и в ту же секунду большая ужасная собака прошла совсем рядом с ним.Его челюсти были открыты, язык свисал изо рта, а глаза смотрели со страхом. Он прижался носом к утенку, показав свои острые зубы, а затем, «плескай, плескай», он вошел в воду, не прикасаясь к нему. «Ой, – вздохнул утенок, – как я благодарен за то, что был таким уродливым; даже собака меня не укусит “. И поэтому он лежал совершенно неподвижно, в то время как выстрел гремел сквозь порывы, и по нему стреляли из пистолета за ружьем. Было уже поздно, когда все утихло, но даже тогда бедняжка не решалась пошевелиться.Он тихо подождал несколько часов, а затем, внимательно осмотревшись, поспешил прочь от болота как можно быстрее. Он бегал по полям и лугам, пока не поднялась буря, и он едва мог с ней бороться. К вечеру он добрался до бедного маленького коттеджа, который, казалось, готов был упасть, и остался стоять только потому, что не мог решить, с какой стороны упасть первым. Буря продолжалась так сильно, что утенок не мог дальше идти; он сел возле коттеджа, а потом заметил, что дверь не совсем закрыта из-за того, что одна из петель не выдержала.Поэтому около дна было узкое отверстие, достаточно большое, чтобы он мог проскользнуть через него, что он сделал очень тихо и получил убежище на ночь. В этом коттедже жили женщина, кот и курица. Кот, которого хозяйка называла «Мой маленький сын», был большим любимицом; он мог приподнять спину и мурлыкать, и даже мог выбросить искры из своей шерсти, если ее погладить неправильно. У курицы были очень короткие ноги, поэтому ее прозвали «цыпленок с короткими ножками». Она откладывала хорошие яйца, и хозяйка любила ее, как собственного ребенка.Утром странный посетитель был обнаружен, и кот начал мурлыкать, а курица кудахтать.

“Что это за шум?” сказала старуха, оглядывая комнату, но зрение у нее было не очень; поэтому, когда она увидела утенка, она подумала, что это, должно быть, толстая утка, которая заблудилась из дома. “О, какой приз!” она воскликнула: «Я надеюсь, что это не селезень, потому что тогда у меня будет несколько утиных яиц. Я должна подождать и посмотреть». Таким образом, утенку разрешили оставаться на испытаниях в течение трех недель, но яиц не было.Кот-кот был хозяином в доме, а курица – хозяйкой, и они всегда говорили: «Мы и мир», потому что считали себя половиной мира, да и лучшей половиной тоже. Утенок подумал, что другие могут придерживаться другого мнения по этому поводу, но курица не прислушивалась к таким сомнениям. “Ты умеешь откладывать яйца?” спросила она. “Нет.” “Тогда имейте добро замолчать”. “Можете ли вы поднять спину, мурлыкать или выбросить искры?” сказал кот Том. “Нет.” «Значит, вы не имеете права выражать мнение, когда говорят здравомыслящие люди.”Итак, утенок сидел в углу, чувствуя себя очень подавленным, пока солнечный свет и свежий воздух не вошли в комнату через открытую дверь, а затем он начал испытывать такое сильное желание искупаться в воде, что он мог не помочь курице

«Какая абсурдная идея, – сказала курица. – Тебе больше нечего делать, поэтому у тебя есть глупые фантазии. Если бы вы могли мурлыкать или откладывать яйца, они бы исчезли. “

” Но так приятно плавать по воде, – сказал утенок, – и так освежает, когда вы чувствуете, как она приближается к вашей голове, пока вы ныряете вниз. ко дну.«

« Действительно восхитительно, – сказала курица, – почему ты, должно быть, сошел с ума! Спросите кошку, это самое умное животное из всех, кого я знаю, спросите его, как он хотел бы плавать по воде или нырять под нее, потому что я не буду говорить о своем собственном мнении; спросите нашу хозяйку, старуху, – на свете нет никого умнее, чем она. Как вы думаете, она хотела бы поплавать или позволить воде сомкнуться у нее над головой? »

« Ты меня не понимаешь », – сказал утенок.

« Мы тебя не понимаем? Интересно, кто может вас понять? Вы считаете себя умнее кошки или старухи? Я ничего не скажу о себе.Не представляй себе такой вздор, дитя, и поблагодари свою удачу за то, что тебя здесь приняли. Вы не в теплом помещении, а в обществе, у которого можете чему-то научиться. Но вы болтуны, и ваша компания не очень приятна. Поверьте, я говорю только для вашего же блага. Я могу сказать вам неприятную правду, но это доказательство моей дружбы. Поэтому я советую вам отложить яйца и научиться мурлыкать как можно быстрее ».

« Я считаю, что должен снова выйти в мир », – сказал утенок.

«Да, давай», – сказала курица. Итак, утенок покинул хижину и вскоре нашел воду, в которой он мог плавать и нырять, но все другие животные избегали его из-за его уродливого вида. Пришла осень, и листья в лесу стали оранжевыми и золотыми. затем, с приближением зимы, ветер поймал их, когда они упали, и закружил в холодном воздухе. Тучи, тяжелые от града и снежинок, низко висели в небе, а ворон стоял на папоротниках и кричал: «Каркать, каркать». При взгляде на него от холода побежала дрожь.Все это было очень грустно для бедного утенка. Однажды вечером, когда солнце садилось среди сияющих облаков, из кустов вылетела большая стая красивых птиц. Утенок никогда раньше не видел таких. Это были лебеди, они изгибали свои изящные шеи, а их мягкое оперение сияло ослепительной белизной. Они издали необычный крик, расправляя свои славные крылья и улетая из этих холодных регионов в более теплые страны за морем. По мере того, как они поднимались все выше и выше в воздух, гадкий маленький утенок испытывал довольно странное ощущение, глядя на них.Он кружился в воде, как колесо, вытянул к ним шею и издал такой странный крик, что испугался самого себя. Сможет ли он когда-нибудь забыть этих красивых, счастливых птиц; и когда, наконец, они скрылись из его поля зрения, он нырнул под воду и снова встал почти вне себя от волнения. Он не знал ни названий этих птиц, ни того, куда они прилетели, но он чувствовал к ним так, как никогда не чувствовал ни к одной другой птице в мире. Он не завидовал этим прекрасным созданиям, но хотел быть такими же милыми, как они.Бедное уродливое создание, как бы он с удовольствием жил даже с утками, если бы они только подбодрили его. Зима становилась все холоднее и холоднее; ему приходилось плавать по воде, чтобы она не замерзла, но с каждой ночью пространство, на котором он плавал, становилось все меньше и меньше. В конце концов он замерз так сильно, что лед в воде потрескивал, когда он двигался, и утенку приходилось грести ногами изо всех сил, чтобы пространство не закрылось. Наконец он устал и лежал неподвижно, беспомощно, застыв во льду.
Рано утром проходивший крестьянин увидел, что произошло. Своим деревянным башмаком он разбил лед на куски и отнес утенка домой к жене. Тепло оживило бедное маленькое существо; но когда дети захотели поиграть с ним, утенок подумал, что они причинят ему вред; так что он в ужасе вскочил, влетел в молочную емкость и разлил молоко по комнате. Затем женщина захлопала в ладоши, что испугало его еще больше. Сначала он влетел в бочонок с маслом, потом в кадку и снова вылетел.В каком он был состоянии! Женщина закричала и ударила его щипцами; дети смеялись, кричали и падали друг на друга, пытаясь поймать его; но, к счастью, он сбежал. Дверь была открыта; Бедняжка умудрялась просто выскользнуть среди кустов и в изнеможении лечь в только что выпавший снег.

Было бы очень грустно, если бы я рассказал обо всех невзгодах и лишениях, которые претерпел бедный утенок в суровую зиму; но когда это прошло, он однажды утром обнаружил, что лежит на болоте среди тростника.Он почувствовал, как сияет теплое солнце, и услышал пение жаворонка, и увидел, что вокруг прекрасная весна. Тогда молодая птица почувствовала, что у него сильные крылья, когда он хлопнул ими по бокам, и поднялся высоко в воздух. Они несли его вперед, пока он не оказался в большом саду, прежде чем он хорошо знал, как это произошло. Яблони цвели, и благоухающие старейшины склоняли свои длинные зеленые ветви к ручью, огибавшему гладкую лужайку. Все выглядело красиво, в свежести ранней весны.Из ближайших зарослей вышли три прекрасных белых лебедя, шелестя перьями, и легко плыли по гладкой воде. Утенок вспомнил милых птиц и почувствовал себя еще более несчастным, чем когда-либо.

«Я прилечу к этим царским птицам, – воскликнул он, – и они убьют меня, потому что я такой уродливый, и осмеливаюсь приблизиться к ним; но это не имеет значения: лучше быть ими убитыми, чем клеванными утками. Его били куры, толкала девица, кормившая птицу, или голодала зимой.

Затем он полетел к воде и поплыл к прекрасным лебедям. В тот момент, когда они заметили незнакомца, они бросились ему навстречу с распростертыми крыльями.

«Убей меня», – сказала бедная птица, и он склонил голову. спустился на поверхность воды и ожидал смерти.

Но что он увидел в прозрачном ручье внизу? Его собственный образ: уже не темную, серую птицу, уродливую и неприятную на вид, а изящного и прекрасного лебедя … Родиться в утином гнезде, на ферме, не имеет значения для птицы, если она вылупилась из лебединого яйца.Теперь он был рад, что перенес горе и беду, потому что это позволило ему гораздо лучше наслаждаться всеми удовольствиями и счастьем вокруг него; ибо огромные лебеди плыли вокруг новоприбывшего и гладили его клювом по шее в знак приветствия.

Вскоре в сад вошли маленькие дети и бросили в воду хлеб и лепешки.

«Смотрите, – воскликнул младший, – есть новый»; а остальные обрадовались и побежали к отцу и матери, танцуя, хлопая в ладоши и радостно крича: «Пришел еще один лебедь, прибыл новый».

Тогда они бросили еще хлеба и лепешек в воду и сказали: «Новый самый красивый из всех; он такой молодой и красивый “. И старые лебеди склонили перед ним головы.

Тогда ему стало совсем стыдно, и он спрятал свою голову под свое крыло; ибо он не знал, что делать, он был так счастлив, и все же совсем не гордый. Его преследовали и презирали за его безобразие, и теперь он слышал, как они говорили, что он был самым красивым из всех птиц. Даже бузина наклонила свои луки в воду перед ним, и светило солнце теплый и яркий.Потом он зашуршал перьями, выгнул тонкую шею и радостно закричал из глубины своего сердца: «Я никогда не мечтал о таком счастье, когда был гадким утенком». – –

КОНЕЦ




Создайте библиотеку и добавьте свои любимые истории. Начните, нажав кнопку «Добавить».

Добавьте Гадкий утенок в свою личную библиотеку. Добавьте Гадкий утенок в свою личную библиотеку..

Гадкий утенок Андерсена

بررسی جوجه اردک زشت از نگاه مدیریتی و روانشناسی
“نگاه مدیریتی”
همه ما قصۀ جوجه اردک زشت, نوشتۀ «هانس کریستین اندرسن» را خواندهایم, داستان قو يى زیبا, كه بدليل آنکه از بد حادثه اطی یک دسته اردک شده بود ، به نظر زشت می آمد. بر خلاف آنچه به نظر می رسید او بسيار زیبا بود ولی او در پایان داستان این موضوع را می فهمد, آن هم وقتی که دیگر جوجه نیست و بالغ شده است و در دریاچه ای شنا می کند, مردم زيبايى او را با انگشت به هم نشان می دهند ، و او برای اولین بار در انعکاس آب ، زیبایی اش را در می یابد.

به نظر میرسد که داستان زندگی خیلی از ما شبیه آن جوجه اردک زشت است و درون هرکدام از ما قوی زیبای منحصر به فردی است که در تقابل با جامعه ای خشن, فردیتش را از دست می دهد و بین اردک ها به فراموشى سپرده می شود .
و اردک بارها زمین می خورد ، تحقیر می ود و مردم ریشخندش می کنند. آنها از او انتظار دارند که ل اردکی باشد که نیست. دردناک تر ن ودش هم تصویر خود را در ب ندیده است و نمی داند کیست.
دنیا پر است از جوجه اردک های زشتی که هرگز نمی فهمند که اردک نبوده اند:
کارمند های معمولی ای که می توانستند کارگردان موفقی باشند, کارگرانى که می توانستند کارشناس باشند, مدیران ناخوشنودی که باید نقاش یا شاعر می شدند,
حسابدارانی که ا ریاضیات متنفرند و می توانستند طراح لباس باشند ، ن های انه داری که می توانستند لبان واما باس باشند ن ای انه داری که می توانستند لبان انستند بان انستند بان باند باند.
دنیا پر است از سانی که رمان زندگی خود نبوده اند ، نشده اند نتوانسه ان
دنیا پر است از جوجه اردک هایی که عمری را در ناخشنودی و تکرار زندگی می کنند, بدون آنکه تصویر واقعی خود را ببینند … “جوجه اردک زشت درون خود را تبدیل به یک قوی زیبا کنيد”
(مقدمه یکی از کتاب های مدیریتی)
ترجمه: محمد مسعود نخستین
————-
“نگاه روانشناختی”
“این کتاب از نگاه روانشناسی یونگ هم قابل بررسی هست تحت عنوان” سایه
یونگ کشفی دارد که خیلی ها معتقدند ار این کشف درست به دنیا معرفی شود ، لحی پایدار در دنیا پدید خواهد آورد بله دنیا امش ست.
اگر به ما بگویند حسود ، ول ، احمق نادان ، بیشعور و …. به شما چه حسی دست می دهد.
بله اگر یکی به شما چیزی از این صفاتی که گفتم و حالتان بد شد یا هر صفت دیگری را به شما نسبت دهد و حال تان بد شود مطمئن باشید شما نسبتی با آن صفت دارید و باید حتما برای آن کاری کنید.

ونگ می وید سایه همین ور در روان ما مچون یک دشمن جنایتکار ما را تعقیب می ند.
بنابراین ات بد همیشه همراه ما و در روان ما جای دارند.
عنی من و ما همیشه یک حسود درون مان داریم ، مین طور یک انی و دمکش!

واقعا تا حالا برای شما پیش نیامده بخواهید سر به تن سی نباشد.ن همان انی آدم کش درون شماست که می خواهد سر به تن فلانی نباشد.

حالا که انع شدید صفات بد درون شماست. به این ات بد در روانشناسی یونگ می گوییم “سایه”
متاسفانه سایه را همه انکار می نند.
ولی رفتار سالم این است که هیچ چیز را ما از روان مان نباید دور بریزیم.
وقتی حسادت سراغ من می آید باید یک مکثی به خودم بدهم و از خود سوال کنم: “چرا الان من به داشتن فلان چیزحسادت میکنم”, “احتمالا من دوست دارم فلان چیز را داشته باشم”, «چرا نرفتم دنبال فلان چیز که آن را داشته باشم “” احتمالا به خاطر این بوده من در خودم فلان توانمندی را که برای داشتن را ن برای داشتن لانزرتماد لانرتماد لانرتماد لان رتمالا لان رتمالا, 9کشف شد. سایه به من کمک کرد. حسادتم به من کمک کرد!
باید لان ار را انجام بدم و به توانمندیم اضافه کنم

سایه ها کثیف نیستند ا ا اند ن اناد رتان رتان رتان رتان رتا.
الب ست بدانید که ر ملتی سایه جمعی دارد و اگر نتواند درست این سایه را ت دهد می تواند صیمع دارد و اگر نتواند درست این سایه را ت دد می توان صیاند اترتاد برتاد برتاد برتاب, ونگ در دوره ودش متوجه سایه جمعی آلمان ها در مان ظهور هیتلر شد و رح این موضوع مشکلاتی را هارا.
سخن ر اینکه
سخنان دیگران درباره ما فرصتی طلایی برای شناخت و بهتر خودمان هست

.

Распечатайте гадкого утенка

[Фея
Сказки] [Действия гадкого утенка] [Слушать] [Распечатать историю] [Прочитать историю] [История на одной странице]

© Написано Ташей Гюнтер и иллюстрировано Линн Гюнтер
Сказка по оригинальной сказке Ганса Христиана Андерсена

Есть 10 страниц для печати с черно-белыми или цветными изображениями из истории Гадкого утенка.

Материалы:

  • бумага,
  • Принтер

  • ,
  • мелки или что-то еще для раскраски (для ч / б версии для печати)

Инструкции:

  • Щелкните ссылку по вашему выбору (ниже), чтобы распечатать страницу истории Гадкого утенка.
  • Раскрасьте картинки в черно-белой версии сказки «Гадкий утенок».

Шаблонов:

  • Закройте окно шаблона после печати, чтобы вернуться к этому экрану.
  • Установите нулевые поля страницы, если у вас возникли проблемы с размещением шаблона на одной странице (ФАЙЛ, НАСТРОЙКА СТРАНИЦЫ или ФАЙЛ, НАСТРОЙКА ПРИНТЕРА в большинстве браузеров).

Шаблон страницы 1
(цвет) или
(Ч / Б)

Шаблон страницы 2
(цвет) или
(Ч / Б)

Шаблон страницы 3
(цвет) или
(Ч / Б)

Шаблон страницы 4
(цвет) или
(Ч / Б)

Шаблон страницы 5
(цвет) или
(Ч / Б)

Шаблон страницы 6
(цвет) или
(Ч / Б)

Шаблон страницы 7
(цвет) или
(Ч / Б)

Шаблон страницы 8
(цвет) или
(Ч / Б)

Шаблон страницы 9
(цвет) или
(Ч / Б)

Шаблон страницы 10
(цвет) или
(Ч / Б)


Слушайте, распечатайте или прочитайте историю Гадкого утенка

или, Прочтите / распечатайте историю на одной странице

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *